Будто специально подобрав момент, а может так оно и было, из-за пазухи Хаджара вылезла Азрея. Широко зевнув, она взобралась по одежде и, обвив себя хвостом, устроилась на плече.
Как она там оказалась, учитывая, что еще недавно лакала воду из корыта – очередная загадка.
– В те времена Безумный Генерал был молод, – продолжил Хаджар. – И он встретил старую, мудрую тигрицу. Она попросила его не искать мести, а добиваться справедливости. Генерал её не послушал… не послушал, и едва не сгорел в том пламени, что прежде его поддерживало.
Они вновь на какое-то время замолчали. Хаджар, будто находясь в двух местах одновременно, как наяву видел тот овраг. Он вновь слышал голос Тигрицы, матери Азреи, которая говорила ему такие правильные и мудрые слова.
Жаль, что тогда он не смог её понять.
– И в чем же разница, между местью и справедливостью? – процедила Анис. Она резко отстранилась от Хаджара, разрывая между ними дистанцию на добрый метр.
Хаджар прекрасно понимал, какие сейчас чувства бушевали в сердце девушки.
Порой, в моменты медитации, Хаджар иногда страдал от того, что до сих пор слышал предсмертные слова своей матери.
Это было эхо от шрамов. Шрамов на поверхности его души. Того, от чего он будет страдать всю оставшуюся жизнь и что навсегда останется для него грузом, который ему придется нести.
Правильно говорят, что тот, кто не ведает бед, идет по пути развития куда быстрее, чем несчастный. Вот только забывают добавить, что к цели если кто из двоих придет, так это последний.
Хаджар так и не ответил на заданный вопрос.
Какое-то время они просидели вместе, а затем Анис, обронив:
– Я думала, что поговорю с Безумным Генералом… – ушла обратно.
Азрея, цапнув Хаджара за щеку, юркнула обратно за пазуху. Наверное, так просто было сказать те слова, которые Анис хотела услышать.
Слова поддержки. Слова о том, что у неё все получится, а дядя заслуживает самую худшую и страшную из кар. Такую, чтобы боги, увидев его страдания, неделю лили кровавые слезы.
Это было бы действительно просто.
И, возможно, даже правильно.
Но Хаджар не мог так поступить.
Совсем недавно он поступил как просто. Он сказал слова, которые один Ласканский юноша хотел услышать. Своими же руками Хаджар зажег в его груди пламя мести, которое будет поддерживать Дерека. Давать ему силы.
До тех пор, пока, однажды, им двоим не придется сойтись в битве. Хаджар не станет останавливать своего меча. И он же, теми руками, что подарил мальчишке жизнь, её же и отберет.
