Сердце дракона. Том 9

Ведь на этой тренировке – двадцать семь Ядер летающих зверей стадии не ниже Короля и пыльце древнего клевера заканчивался том, переданный ему Травесом.

И, что-то подсказывало Хаджару, что перейти на другую технику медитации для него будет смертельным испытанием. Даже простому адепту было непросто перейти с одной, на другую технику медитации. Именно поэтому так ценились те, что могли привести к наивысшим ступеням развития.

Каждый подобный переход с одной техники на другую был сопряжен с невероятной, по силе и разрушительности, отдачей.

И это среди простых людей.

Хаджара же простым, даже при всем желании, назвать было нельзя.

Переживет ли он вообще подобный трансфер?

Об этом Хаджар пока не хотел задумываться. Все, на чем были сосредоточены его мысли – попытка выжить, уцепиться за реальность, не более, но и не менее того.

Черный Клинок, пронзивший яйца Стальной Птицы пожирал суть нерожденных птенцов. Хаджар, позволяя оружию пиршествовать, насыщал себя энергией из Ядер зверей.

Каждое из них содержало в себе тень той мощи, которой обладал его владелец.

Вооруженный лишь волей, принявшей форму меча, он сражался с ними вновь и вновь. Их крылья, когти, клювы, пасти и даже жала, били его душу. Терзали сознание.

Ни один монстр, даже после своей смерти, не был готов добровольно проститься с частичкой собственной души.

Одно дело – убить создание и вырезать из него Ядро. Совсем другое –извлечь из этого Ядра энергию и использовать её в своем развитии.

Не даром в Империи считалось, что лишь бедняки и самоубийцы использовали в тренировках необработанные алхимиками, Ядра монстров.

Душа Хаджара, борющаяся с осколками такого количества тварей, постепенно покрывалась ранами. В реальности это выглядело так, как если бы чужая, звериная сила, вытекала из его энергетического тела. И её разноцветные, густые потоки, смешивались с черной и красной кровью.

Постепенно гнездо окрашивалось во что-то бурое и неприятное.

Запахло смертью.

Но Хаджар не сдавался.

Раз за разом он обрушивал свою волю на этих монстров и, отрезая от осколков их душ небольшие кусочки, с жадностью их пожирал.

И, чем больше он насыщал ими свое опустошенное и очищенное Ядро, тем сильнее становился. Его душевные и физические раны, открываясь в одном месте, в других постепенно затягивались.

Кожа Хаджара приобретала все более смуглый, родной оттенок, а мышца наливались силой.