Он просто хотел стать первым и попытался им стать, но ваша лошадь очень кстати споткнулась…
– Шуэз!
– Карваль. В вас стрелял ваш тогда еще капитан, решивший свалить убийство на человека, пытавшегося прекратить мятеж. Вот этих-то своих выстрелов генерал Карваль и не может себе простить.
– Когда… Когда он раздумал… меня…
– Как ни странно, когда помогал вам скрыть убийство, совершенное вашим сюзереном. Карваль жалеет лишь о том, что не прикончил еще и самого Ракана."
"Кровь и мозги на полу, досадливо-виноватый взгляд Альдо, спокойное до отрешенности лицо Никола и решение.
Единственно возможное. Отвратительное. Неизбежное.
– Я почти не вспоминаю ту ночь, ваше высокопреосвященство, но, когда все кончится, она мне будет сниться. Люди, которые мне поверили: старик, мальчишка… Потом мы пытались не дать убить другого паренька, это было уже в Олларии, и я отступился. Я боялся, что меня заподозрят и мне не удастся… сдать город Савиньяку.
– А ведь вы мне сейчас исповедуетесь, – мягко заметил Левий.
– Святой Адриан, к слову сказать, отпустил бы вам все ваши грехи. Солдаты долго верили, что Адриан перед боем слышит их разговоры, читает в душах и дарует прощение, а мальчик у оврага вам не приснится. Он жив, здоров и сейчас в Лэ, но Карваль пощадил его отнюдь не из жалости: нашему другу хотелось понять, что происходит…
– Жив?!
– Да, и я намерен его расспросить. Юность невинна далеко не всегда. Убитый Альдо гоган взял с собой тех, кого почитал надежными, в том числе и сына своей сестры.
Так вы поняли, что Карваль пытался убить вас и убил Шуэза?
– Да…
– Это последнее, в чем генерал себя винит. Насколько я понимаю, он узнал, что на Колодезной пожары, и отправился туда вместо вас, желая сжечь свою вину. Умирать он не собирался, но на всякий случай доверил мне свой секрет. Кажется, вас ищут…
Но искали не Робера, а Левия. Мэтр Боннэ прислал сказать, что беженцы беспокоятся. Нет, не из-за погони, они верят Проэмперадору, а из-за близости развалин, про которые говорят очень нехорошо.
Кое-кто хочет уйти, стража не пускает, и унять недовольных не получается.
– Хорошо, я приду, – пообещал Левий. – Порой страхи хранят лучше рвов и стен, но успокоить людей надо, а вам надо остаться одному. Если вы не боитесь «дурного места», конечно.
– Я посмотрю, не исчезла ли цепь из ары…
– Откуда?
– Из чаши, – не стал вдаваться в подробности Робер. – Ваше высокопреосвященство, возьмите Готти.
– Не нужно.
