Робер спрыгнул с лошади, утер взмокший, как оказалось, лоб и заставил себя присвистнуть. Начало вышло правильным.
– Монсеньор, – удивился сперва показавшийся каменным Халлоран, – разве вас не предупредили?
– Что вы перешли на осадное положение? Нет.
– Я своих ребят не отдам!
– Не кусайтесь! – прикрикнул Эпинэ. – Вы уверены, что это не они?
– Да плевать мне кто! Я их не отдам.
– Плевать? Вы родом из Барсины?
– Что?!
Сколько страха на этом дворе, аж сапоги вязнут.
– Вы, – раздельно проговорил Робер.
– Родом. Из. Барсины?
– Прошу простить… Монсеньор.
– Забудем. Вы ручаетесь за невиновность ваших людей?
– Да, Леворукий меня побери!
Может, уже побирает? Не полковника, так тех, кто торчит на площади. Сколько они будут ждать, прежде чем поднимут шум, на который сбежится в десять раз больше народу, а там один выстрел, и понеслось… Нет, бунт Карваль уймет, и вряд ли с большими потерями среди своих, но ведь есть и горожане. Старую ведьму не жаль, а других?
– Монсеньор, – повторил Халлоран, – я ручаюсь.
Они бы никогда… У Пола в Заречном предместье невеста, Конрад женат…
– Давайте их сюда.
– Вы меня не заставите… Разрубленный Змей, если вы отдадите моих, завтра ткнут в кого-то из ваших…
– Не пытайтесь думать за других, полковник. Это они?
– Они.
Хоть в чем-то повезло, ни одного горбатого, кривого, носатого. Рожи как рожи… Бледные, не без того.
– Полковник, отберите десяток. Кого хотите, только не обвиняемых. Мундиры долой, пойдут в рубахах.
Не замерзнут. Дювье, с Дракко сладишь?
– Зачем десяток? – Полковник ничего не понимал. В отличие от сержанта. – Куда?
– Старуха щурится, она близорука. – Леворукий бы побрал эти пуговицы, сколько же их нашили! – Дювье! Живо надевай! Шляпу, перчатки – и в седло. Твое дело – отделить ведьму с дочкой от остальных и заставить указать на насильников. И чтоб назвала тебя мной. Проэмперадором, монсеньором, Эпинэ, как угодно. Громко назвала, чтоб все слышали. Ясно?
– А… Ясно, Монсеньор!
– Жильбер.
Сейчас мы выведем этих десятерых. Ты – адъютант Дювье! Подзовешь к нему свидетельниц.
– А если поймут…
– А если б нас всех у Святой Мартины закопали?
– Монсеньор!
– Что, Дювье?
– Мэтр Жанно супротив вашего тугоуздый.
– Вижу. – После Дракко разве что Моро тугоуздым не покажется. Ничего, не в бой идти.
– Господин маршал, мы не можем… Ну, чтобы вместо нас другие шли! – Один из обвиняемых, совсем мальчишка.
