Сердце Дракона

Дерек Степной, скорее всего, обладал минимальным порогом силы, который требуется, чтобы стать Великим Героем. Прошел ли он испытание или нет — мы этого уже никогда не узнаем. Но регент воспользовалась ситуацией, смертью твоего учителя чтобы одним тонким уколом пробить оборону нашей границы.

Одним тонким уколом… Регент попросту швырнула жизнь Дерека заблудившегося в лабиринте своей души, в дуло пушки своей военной армады.

Хотя, что для Императора или регента жизнь всего одного, пусть и одаренного, адепта перед угрозой потерять всю Империю.

И это не стоило забывать Хаджару, если он собирался не только выжить в этой войне, но и не стать куклой в руках Моргана Бесстрашного.

Историй, которые ему рассказывал Орун, было достаточно, чтобы понять, что из этого не выйдет ничего хорошего.

Во всяком случае — для Хаджара…

— Мы восстановили чашу равновесия, юный Хаджар, — продолжил Морган. Его воистину лисий взгляд пронизывал Хаджара насквозь. Складывалось впечатление, что все тайны и секреты лежат перед Императором как на ладони.

И стоило больших трудов, чтобы убедить себя, что это иллюзия и не поддаться нервному мандражу. — Битвы на границе и так не стихали на протяжении многих веков. У нас — Ярость Смертного Неба, у Ласкана — более способные Великие Герои. Если бы не смерть Оруна, то война бы, скорее вcего, так и не началась. Но, увы, равновесие восстановилось только сейчас, когда перчатки уже брошены в лицо.

Хаджар прекрасно понимал, в какую степь клонить Морган, но решил использовать выжидательную тактику.

И, спустя десять секунд тишины, Морган бросил на стол свой первый козырь.

— Твое триумфальное появление на поле битвы, разумеется, не останется без внимания, юный Хаджар, — Морган щелчком пальцев отправил в рот еще одну виноградину. Даже этот пижонский жест в его исполнении выглядел преисполненным стати и чести. — Внимания каждой из империй. И, особо пристального со стороны Ласкана, разумеется. Именно поэтому я так рад, что ты использовал местоимение “мы”.

— Здесь моя родина, — ответил на скрытый намек Хаджар. — И, я думаю, вы уже давно выяснили мое прошлое и мои взаимоотношение с Империей Дарнас.

— Лидусу приходилось тяжело, — не стал отрицать очевидного обладания данными Император. — Как и многим другим мелким государствам под нашим контролем.

— Возможно, но я был рожден именно в Лидусе.

— Наместник не лишил жизни ни единого гражданина Лидуса, — напомнил Морган.

Хаджар уже собирался ответить, но осекся.