Сердце Дракона

— Да, старшая наследница Энора, — Рыцарь Духа по имени Талис отсалютовал на имперский манер, а затем приказал лучникам снять стрелы с тетивы.

— Будь гостем в нашем доме, Хаджар Дархан, ученик Оруна, — Энора Марнил, старшая сестры Доры, развернулась в пол оборота и протянула руку в сторону квартала.

Законы гостеприимства… Ими прикрывался не только Хаджар, при разговоре с Императором Морганом…

— Благодарю, — поклонился, как того требовал этикет, Хаджар.

Без заминки, страха или явных мер осторожности, он вошел под сени массивных крон, а затем прошел и внутрь квартала.

Ветви за его спиной внов сплелись в единой целое, а затылок сверлило два десятка взглядов. Кроме корпуса Стражей, которые не могли пережить урона их чести, в Даанатане был еще один, целый народ, который не очень-то привечал Хаджара Дархана.

— Вы замечательно выглядите, достопочтенная старшая наследница, — еще раз, теперь уже самой Эноре, поклонился Хаджар.

— Ты тоже, Хаджар Дархан, — она ответила кивком головы, а затем внимательно осмотрела одежды Хаджара.

После посещения Запретного Города Хаджар решил, что лучше он будет чаще медитировать, чем снимать доспехи Зова. — Интересные одежды на тебе, мечник… от них веет холодом зимы.

Хаджар сперва не понял о чем речь, а затем вспомнил старые легенды. Эльфы произошли не только от древнего духа леса, но и являлись очень далекими родственниками фейре Летнего Двора.

— Подарок, — ответил на не озвученный вопрос Хаджар. — Старшая наследница, когда я говорил вашим воинам людям, что у меня не так много времени, то я не лукавил.

Давайте побыстрее разрешим наши общие проблемы и вернемся к личным делам.

Энора ничего не ответила. Её серые доспехи, плотно облегающие изумительную фигуру, отражали солнечные лучи, проникавшие сквозь кроны деревьев.

Каштановые волосы обрамляли круглое, красивое лицо. В руках она держала сияющее золотой энергией копье-алебарду. Она была красива. И в половину не так, как младшая сестра, но, все же, достаточно, чтобы сводить смертных мужчин с ума.

Хаджар же, за годы странствий, видел столько прекрасных леди, что уже не обращал на это практически никакого внимания.

Человек привыкает ко всему — даже к плотской красоте.

— Ты изменился, Хаджар, — внезапно, переходя с официального тона на простой, произнесла Энора. — Я помню мальчишку, который пытался сбежать из владений моего отца. А теперь без страха ко мне на порог явился мечник… А ведь прошло совсем мало, даже по меркам человека, времени.