Сердце Дракона

Агвар, чья отсеченная борода падала на землю, лишь смотрел на черную прогалину, оставшуюся после исчезновения мечника.

— Юный Тирисфаль нашел себе хорошего наследника, — только и сказал Король. Он развернулся и, слегка посмеиваясь, направился обратно во дворец.

Осталось уже немного…

Хаджар, стоя на пустынном проспекте, мысленно ставил в списке своих дел насущных галочку напротив пункта “Ловушка Марнилов”.

Впереди еще оставалась клятва Анис, сделка с Хельмером и смутный намек Императора на очередное задание.

— Ненавижу интриги, — выругался Хаджар и пошел вниз по улице.

Перед тем как все завертится, Хаджар хотел решить еще несколько важных и неотложных дел. И именно поэтому он оказался в конце Восьмого Проспекта.

Размеры столицы Империи всегда поражали воображение Хаджара, даже после того, как он прожил в ней несколько лет (большую часть из которых, правда, находился вне города, либо на “горе” школы Святого Неба) он все еще не мог привыкнуть к тому, что лишь на одной улице здесь стояли десятки дворцов.

Каждый едва ли не подпирал собой первые слои облаков, и при этом каждая из резиденций имела свою, совсем немаленькую, огороженную и охраняемую территорию.

Дозор, в основном несли либо элитные наемники, которые, порой, были ничуть не слабее, в личном плане, тех же младших офицеров армии Дарнаса.

Рыцари Духа, средней и развитой стадий, они держали в паре какого-нибудь клыкастого, шипастого или плюющегося разнообразной дрянью монстра.

И при всем этом великолепии простор Восьмого Проспекта, сравнимого по размерам с городом смертных, среди роскоши и пышности, как-то странно выглядел пустырь, на котором стоял невысокий, трехэтажный дом.

Приезжие, наверное, очень часто путали с чьей-нибудь сторожкой или вынесенной за пределы дворца, кладовой. Но это только приезжие. Местные прекрасно знали кому принадлежал этот участок земли и построенный на нем дом.

Участок, как и прочие дворцовые земли, впечатлял размерами. Не меньше гектара, это точно. Заросший бурьяном, сорняками, какими-то невнятными деревьями, согнувшимися от нелегкой жизни в центре столицы.

Странно было видеть на прекрасном лике Даанатана такую бородавку… если, конечно, не знать, кому она принадлежала.

Хаджар, подойти к двум вбитым колышкам, заменявшим здесь ворота, смела переступил через условную границу.