Сердце Дракона

— Старший офицер Том…

Огнешь смотрел на человека, которого он презирал, которого считал никчемным пьяницей. Том, закинув в рот горсть каких-то пилюль, вдруг расправил руки.

И, вместе с тем, как пылала Река Мира, а вместе с ней и все степи, он прикрыл глаза и направил удар энергией. Внутрь своего собственного сердца силы.

— Не ори, село, — подмигнул бывший аристократ и исчез во вспышке белого света. — Назовешь сына в мою честь.

Этот свет сферой накрыл судно, отсекая его от Реки Мира. Этого хватило, чтобы огонь пропал, а когда вспышка ушла, то больше уже не вернулся.

Так же, как не вернулся и Том. Только его дымящиеся, пустые доспехи и покатившаяся по доскам горлянка.

Анис, стоя у окна башни в замке Хищных Клинков, смахнула непрошенную слезу со щеки. В саду, там где они играли будучи детьми, отломилась ветка от дерева вишни. На ней, когда-то, маленький, заносчивый мальчик, считавший, что он станет правителем целого мира, вырезал свое имя.

Секундный шок миновал и все больше адептов находили способ сбросить пламя, а затем то и вовсе исчезло.

Мир, находящийся на грани уничтожения, вернулся к спокойствию так же быстро, как и попал под угрозу исчезновения.

Вот только за те несколько мгновений, что он горел, к праотцам унеслись души сотен миллионов воинов. Корабли падали с небес. Даже Ярость Смертного Неба превратилась лишь в пепел и память о былом величии.

Она плавно планировала лишь за счет десяти выживших Великих Героев.

Трость, сделанная из старого дерева, распустилась прекрасной яблоней.

И именно она спасла остальных Великих от неминуемой гибели.

Но не смогла спасти своего владельца.

— Что… ты… наделал…

Над Хаджаром, в этом штиле, наступившем после жуткой бури, нависла знакомая тень.

Как и следовало ожидать, на нем не было ни единого ожога или какого-то иного следа от полученного увечья.

— Чтобы победить противника, который сильнее тебя, Хаджар, надо сделать жертву. Жертву, которая будет настолько заманчива, что искусит врага.

А любого врага можно искусить, — Морган, скрестив руки на груди, смотрел на восток. — Все мы ищем чего-то. И это что-то ослепляет нас. Регент-Мать была ослеплена желанием уничтожить все вокруг себя в отплату за смерть мужа. Пять империй завидовали Ласкану и Дарнасу и бездействовали в ожидании, когда война ослабит нас. Так же, как и…

— Воины Ласкана и Дарнаса! — голос Моргана громом разносился над степями.