Сердце Дракона

На ладони еще блестел никому, кроме него самого, невидимый шрам, оставленный принесенной на крови клятвой. Его нельзя было ни стереть, ни скрыть.

Клятва вела Хаджара вперед и он, поднявшись, выдохнул волей, сопряженной с мистериями духов меча и ветра.

Массивные ворота, закрытые засовами магии и стали, разнесло в щепки. Влетая внутрь широкого коридора, чей свод терялся где-то в вышине, они градом осыпались на головы защитницам крыла.

Сотня стражниц выставили перед собой клинки со щитами.

— Держать строй! — гаркнула, стоявшая в середине построения, офицер.

Хаджар лишь вздохнул. Так и не обнажив клинка, он неуловимым глазу, стремительным, как молний, но легким, будто перо, потоком синего ветра ворвался в строй противника.

— Наглая девчонка! — глаза Брустра блестели от ярости и гнева. Вокруг него яркими всполохами бушевала алая энергия, вливавшаяся в технику “Кровавой Охоты” — техники клана Хищного Клинка.

Для зрителей Анис и Брустр появлялись лишь редкими вспышками застывших силуэтов.

— Сегодня ты отправишься следом за своим отцом!

Брустр, с ревом, развернул рукой и выпад, который он направил в грудь Анис, мгновенно превратился в восходящий, режущий удар. Поток алого света, похожего на лоскут огромного, кровавого рукава, понесся следом за его Божественным Клинком.

Несмотря на то, что оба сражающихся использовали одну и ту же технику, их стили разнились.

Брустр наседал с усердием быка и яростью обезумевшего носорога. Он наступал так рьяно и открыто, что казалось, будто глава Хищных Клинков не заботиться о защите.

Но именно нападение и было его защитой. Яростное и неудержимое, не оставляющее и доли секунды на размышления и, даже, самого миниатюрного окошка на контратаку.

Брустр выглядел голодным зверем, который собирался отобрать у врага все, до самой последней крошки.

Анис же, напротив, была легкой и незаметной. Как дуновение весеннего ветра. Как осенний лист, ласкающий потоки ветра. Как песчинка, брошенная в объятья золотого пляжа.

Она лишь слегка оттолкнулась мыском стопы от земли и, разорвав дистанцию, пропустила поток алого света в дюйме от своего лица.

Вторым движением она, огибая Брустра, проскользила по широкой дуге.