Сердце Дракона, Часть I

Хаджара от таких атавизмов, от которых он отвык еще на Земле, немного пробирало на ностальгию. Особенно “пробираться” было комфортно теперь — потягивая трубку с крепким табаком, выкупленную у торговца.

Именно он — не табак, а торговец стал причиной местного сбора.

Трубка же была единственным после плохонького, местами ржавого меча, что купил Хаджар. Ему после охоты досталась часть добычи в виде целой шкуры оленя. За нее он и выручил эти два предмета и несколько серебрушек на сдачу.

На Земле Хаджар частенько дымил, потому как это было одно из немногих ощущений, на которые было способно его тело.

В новом мире и забыть успел про вредную привычку. А учитывая выносливость и устойчивость тела практикующих, он мог себе позволить вернуться к ней.

Так что, поблагодарив Робина за оказанную честь — сидеть в совете, он молча курил и поглаживал лежащий на коленях меч. Вообще, это недоразумение было недостойно даже звания кухонного ножа, но за неимением лучшего…

Сам же Робин сидел с перемотанной ногой, положив в сторону приспособление, слишком хорошо знакомое Хаджару.

Деревянный костыль, долгое время заменявший ему ноги.

— Хорошо здесь у вас, — протянул торговец, вытирая губы рукавом.

Был он небольшого роста, с редкой растительностью на лице. Худой, как ветка, но жилистый и с бегающими глазками. Немного походил на ярмарочного карманника, каких в большом количестве успел повидать Хаджар.

— Не то что в большом мире.

— А что в большом мире? — тут же схватился за оговорку старейшина.

Дедушка, несмотря на домашний вид, был таким, каким и полагается правителю — цепким и дотошным.

Вникающим во все детали и ничего не пускающим на самотек. Собственно, таким он готовил и Робина — будущую смену. Об этом Хаджар узнал от сельчан, с которыми провел весь день.

Сейчас же, под вечер, все разбрелись домой опробовать и хвастаться новыми покупками.

— Война, — тут же ответил торговец. — Хотя она всегда там идет. Но теперь его величество совсем осерчал. Империя ему не помогает, так он собирает войска, чтобы от кочевников отбиваться.

— А те разве не с юга заходят? — спросил Хаджар, поднимая руку.

Базара здесь не терпели — каждый мог говорить только после разрешения старейшины.

— С юга, — согласился торговец. — Раньше с юга, а теперь с востока повадились. Со стороны горных хребтов. Там легионы не стоят, вот они оттуда и заходят. Грабят, насилуют, жгут — землю разоряют.

— А что король? — спросил старейшина.

— А что король — говорят, даже сына своего в армию отправил.