Сердце Дракона, Часть I

— При всем уважении, генерал, — поклонился Хаджар. — Я не упоминал, что встретил их на севере.

— Спасибо, офицер, — кивнула генерал. — Я тоже этого не помню. Отправляетесь завтра, адъютант. Это мой прямой приказ.

Колин секунду молча смотрел на командование, затем, громко рыкнув, вышел вон. Будь у него возможность, он бы хлопнул дверью. Но дверей в шатре не было, так что он просто так сильно взмахнул руками, что сорвал один из пологов.

Хаджар мысленно показал в спину адъютанту один из самых вежливых своих жестов.

— Трое… — несколько грустно вздохнула генерал. — При них были деньги, офицер?

Хаджар молча протянул три мешочка с золотыми и серебряными монетками.

— Я ожидаю, что эти кошельки окажутся у их семей, — внезапно произнесла леди.

Догар и Хаджар переглянулись.

— На разбойников они мало похожи. А вот на моих солдат — вполне.

— Мой генерал! — Догар и Хаджар тут же рухнули на колени.

Кто бы мог подумать, что она настолько прозорлива.

— Встаньте, офицеры. — В голосе леди звучала усталость. — Будем надеяться, что после сражения с кочевниками адъютанта повысят и он станет генералом в другой королевской армии.

Ну да, таких вот армий и генералов в стране было несколько. Хаджар служил в Северной, а были еще Южная, Восточная, Западная, Центральная и многочисленные фортовые гарнизоны, которыми тоже управляли генералы.

— Доброй ночи, офицеры. Тебя, Догар, я жду завтра на военном совете.

— Мой генерал, — поклонился старший офицер.

Генерал окинула взглядом Хаджара.

— Дело твое, — сказала она и, выходя из шатра, на миг задержалась. — Двадцать очков чести, офицер Хаджар, это все, что я могу для вас сделать. Солдат в лагере должен чувствовать себя в безопасности, и это задача генерала… Двадцать очков….

Хаджар протянул мешочки с деньгами Догару. Тот убрал их в сундук и пообещал лично побеспокоиться о том, чтобы их получили семьи.

Они с Хаджаром ведь не животные.

И не жадные до злата чиновники. А из-за Колина и родительской глупости где-то могут начать голодать дети. Никто не желал им такой участи.

Хаджар вышел из шатра начальства и отправился к своему. По дороге он увидел стоявшую в лагере генерала. Она смотрела в небо и о чем-то размышляла.

Боги. Она была красива.

Но в глазах Хаджара не было ни похоти, ни иных нежных чувств. Лишь безмерное уважение. Теперь он понимал, почему ее так почитали два миллиона воинов.