Сердце Дракона, Часть I

Самую чуточку, то я бы оформил несколько весьма выгодных сделок и…

— Ближе к делу, Саймон, — вздохнул Хаджар.

Он не настолько сильно доверял данному хомяку, чтобы позволять ему запускать свои лапы в казну. Во всяком случае, не сейчас.

— Хорошо, мой генерал. Итак, после торговли с местными мне удалось пополнить наши запасы. Если снизить наваристость армейской каши на четверть, то зиму мы переживем.

— С учетом того, что к нам постоянно прибывают новые люди?

— Насчет этого, — Саймон отвлекся от свитка и нахмурился, — мой генерал, к нам уже прибывают не столько воины, сколько голодные оборванцы и лишенцы.

На таких только за последние три дня мне пришлось потратить семнадцать тысяч меховых одеял и одежд. А я спешу напомнить, что у нас и так их не хватает. Людям приходятся утепляться самостоятельно, что вызывает нездоровую атмосферу в лагере.

Гэлион хмыкнул и дернул Саймона за край его богато украшенной меховой куртки.

— Ну ты-то сам, смотрю, приоделся.

— Не понимаю ваших намеков, офицер Гэлион.

Эту одежду я честным образом выторговал у селян.

— Которые потом пришли к нам с вилами и копьями, утверждая, что ты обманул их при игре в карты.

Саймон надулся и уже собирался ответить, но у Хаджара не было ни времени, ни желания слушать эту перепалку.

Хомяк прокашлялся и продолжил:

— Пороха и ядер нам хватит на пять, может, шесть залпов. Но проблема даже не в этом. К каждой пушке, как вы все знаете, требуется поставить минимум трех пушкарей. У нас же на двести сорок шесть орудий есть всего сто восемнадцать обученных людей.

— Я могу отправить своих, — подала голос Лиан. — Если уж с луками умеют обращаться, то и пушки осилят.

— При всем уважении, Лиан, — Хаджар повернулся к командиру лучников, — если ты отдашь четыре сотни своих людей к пушкарям, то мы лишимся четырех сотен отборных лучников.

— Тогда мы можем просто смотреть на не стреляющие орудия, — развела руками Лиан.

Хомяк опять прокашлялся.

— Мой генерал, можно высказаться?

— Это военный совет, Саймон.

Здесь каждый может взять слово.

Хаджар не был демократичным лидером, ибо в армии никакой демократии быть не должно. Только приказ и его выполнение. Но в то же время он понимал, что даже с нейросетью не может знать всего на свете. А тем более — уметь. Так что он ценил любые советы и предложения. Особенно когда они исходили от профессионалов своего дела.

— Давайте поставим к пушкам смертных.

Бравые и опытные командиры повернулись к Саймону.