Сердце Дракона, Часть I

— Чтобы он в очередной раз прочел мне лекцию о том, каким я должен быть.

— Но отправлять тебя в армию…

— А куда еще? Не к ученым же. Он их терпеть не может. Считает бесхребетными червями.

Они смотрели на раскинувшийся под ними сад. Там, в лучах солнца, около озера стояло безымянное надгробие. Оно им никогда не нравилось, но король запрещал сносить булыжник.

— Все будет в порядке, Элейн. — Эрен подошел к любимой сестре и крепко ее обнял. — Вот увидишь, ты оглянуться не успеешь, как я уже вернусь. Весь в шрамах и наградах.

— Все служанки будут твои, — грустно улыбнулась принцесса, целуя брата в щеку.

— А ты, глядишь, тоже найдешь себе жениха.

Эрен засмеялся и отпустил сестру.

— Это ненормально, что ты в твоем возрасте даже не помолвлена.

— Нормально, — фыркнула Элейн. — Никто из этих слабаков меня не интересует.

— Тогда, может, мне по возвращении привести к тебе какого-нибудь генерала?

— Который притащит с собой ворох шлюх и наложниц. Нет уж. Избавь меня от такого удовольствия.

Они еще некоторое время шутливо перебранивались, пока не замолчали.

Элейн, заправив выбившуюся прядь, слегка прикрыла глаза. С уходом ее брата во дворце станет еще более одиноко. Все, что ей останется — продолжать вглядываться в свои сны. В них она видела одинокую фигуру.

Та стояла на холме, обнажив меч и бесстрашно встречая перед собой тысячи свирепых воинов.

И все же фигура была так же спокойна, как и скалы перед ней. Простые одежды качал ветер, пояс из веревки придерживал бутыль для воды, а в качестве сапог — намотанные на ноги тряпки.

И несмотря на всю эту простоту, фигура была величественной.

Такой же, как и скалы перед ней…

Элейн отчего-то чувствовала родственную связь с этой фигурой. Почему-то она ждала ее прихода и с каждым днем чувствовала, как та приближается.

Принцесса надеялась, что ее желание сбудется и за ней придет ее суженый. Тот, кто предначертан ей самими небесами. Она порой даже слышала в ветре обрывки его имени.

И сейчас, если прислушаться, она различала:

— Положи-ка еще камень, — попросил Хаджар девушку с удивительно яркими черными волосами.

— А тебе не много, Бычок? — засмеялась Лида.

Она, используя сооруженный Хаджаром настил, легко притащила ему на спину еще одну плиту.

Хаджар крякнул, сморгнул с ресниц пот и продолжил отжиматься. Последнюю неделю он провел в деревне. Еще больше шокируя народ своим телом и скоростью восстановления.