Сердце Дракона. Том 12 (СИ)

- В моих воспоминаниях, - прозвучал чем-то знакомый голос.

Хаджар обернулся. Обернулся и тут же поднял перед собой меч. Напротив него стоял Белый Клык. Только сейчас он выглядел несколько иначе.

Не было в нем прошлой… искусственности. В глазах появилась осмысленность, движения теперь были человеческими, а не кукольными, да и говорил он без запинок.

- У тебя нет времени на медитацию Осмысления. А мне нужна была твоя помощь, чтобы вернуть себе утраченное. Я уже взял с тебя то, что хотел и теперь честь велит мне отдать тебе то, что тебе причитается.

Хаджар хотел сказать, что ничего не понимает, но видимо это и так было написано на его лице.

- У нас с тобой один учитель, Хаджар Дархан, Северный Ветер. И ты и я, мы оба владеем знаниями, переданными нам Черным Генералом - первым из Дарханов.

- Кто ты, ко всем демонам, такой?

Белый Клык вонзил перед собой меч. Он выпрямился и предстал в образе огромной, неприступной горы.

- Меня зовут Эрхард. Последний Король и Первый Император. Я первый ученик Черного Генерала - величайшего мечника в истории безымянного мира.

Эрхард… Хаджар уже не раз и не два слышал это имя.

Все началось еще несколько лет назад - в Пустошах. Тогда Черный Генерал впервые показал Хаджару прошлое Последнего Короля. Сильнейшего мечника своего времени. Того, кто сумел не только завоевать все сто королевств, но и создать из них одно единое государство.

И все это - только своими мечом и волей.

История, с таким началом, закончилась весьма скоропостижно и даже трагично.

Как это часто бывает, сколько бы ни был силен воин, если у него есть слабость - её обязательно найдут и воспользуются. Для Эрхарда такой слабостью стала воля. Воля его сердца.

Возлюбленную Последнего Короля использовали против него. Затем предали. И убили.

- Но ты… - Хаджар плохо понимал, что происходит. - ты должен быть мертв. Тебя пронзили копьем и…

- Копьем? - перебил Эрхард, которого все еще тянуло назвать “Белым Клыком”. - Это так запомнили мою битву с собственными советниками? Нет, младший ученик, меня не пронзили копьем.

Брови Хаджара, по мере рассказа, поднимались все выше и выше.

- Что же, это объясняет твою дерганность и неразборчивую речь, - едва слышно прошептал Хаджар.