Сердце Дракона. Том 19. Часть 1 (СИ)

 — Нет, не то, чтобы мы с ними были на короткой ноге, но любой, кто захочет разузнать обо мне информацию, выяснит, что у нас были лишь разовые стычки и…

— И ты упускаешь из виду очень, — Шенси мазнул взглядом по спине Аэй. — стройный аргумент.

Шепот Моря… Та, вместе с Шакхом, бежали впереди. Слова Пустынного Миража все еще звенели эхом в голове Хаджара. Они и в пустыне то мозолили друг другу глаза и расстались на весьма напряженной ноте, а теперь… кто знает, что на самом деле двигало юношей.

Хотя, если подумать, не так уж далеко они ушли друг от друга по возрасту. Да и юношей Шакх уже давно не был.

— Если бы ты дал хоть малейший повод усомнится в стрелке своего морального компаса, — продолжил Абрахам. — уверен, Аэй мгновенно продемонстрировала бы тебе, по какому праву её называют одной из лучших убийц секты. Не так ли, миледи?!

Последние слова Шенси нарочито выкрикнул.

— Разумеется, Небесный Лис, — Аэй же лишь подтвердила, что все это время слышала их разговор… разговоры.

 — И тебя прихватила бы вместе с ним.

Шенси показательно приподнял шляпу.

— Видишь, Хаджар, как все просто. Теперь Эден выиграл время, через тебя узнал, что Воронам что-то потребовалось из хранилища секты, прощупал почву на твой счет, а также убедился в верности пустынного юноши.

Шакх тоже оступился. Пусть и незаметно, совсем легко сбив темп шага, но, все же — оступился.

— Ведь кто знает, — продолжил с усмешкой старый плут.

 — может быть он, встретив старого соратника — встретил того вовсе не случайно и все это часть вашего далеко идущего плана.

— Мы разминулись несколько веков назад, — напомнил Хаджар.

— Молодые, — все с тем же придыханием повторил Шенси. — что для вас века — для таких, как Эден и я — лишь дни. Может — недели…

— А никто и не говорит о конкретно вашем участии, — перебил Абрахам. — может вами ловко манипулируют другие силы. В открытую или в темную — не важно.

Эден, одним движением фигуры по доске, проверил все возможные направления для нападения, а также выиграл немного инициативы, при этом подстраховав все тылы. Мое сердце поет от того, что трон секты занял столь достойный ум.

Или интриган… но этого Хаджар не стал говорить вслух. Он уже давно уяснил для себя, что те, кто поднимались на самые вершины лестницы власти, обычно обладали врожденным талантам к сплетению хитроумных паутин интриг.