Сердце Дракона. Том 19. Часть 1 (СИ)

Он говорил с теми же интонациями, так же слепо смотрел перед собой, а его изрядно побитые сединой волосы игнорировали всякое дуновение ветра — единственного, кто оказался свободен, пока все остальные стояли в плену застывшего времени.

Хаджар посмотрел дальше. Туда — за пределы гор и холмов, их огибающих, за границы рек и озер, берущих свою жизнь с заснеженных пиков. И там Хаджар увидел летающих птиц, парящих среди степенно плывущих по небу облаков.

— Это правило, — прошептал Хаджар. — Правило, подчиняющее себе время.

— Правило, — согласился дух. — но оно вовсе ничего себе не подчиняет, юный Дархан. Как можно подчинить то, что, однажды, станет причиной исчезновения всего обозримого?

Хаджар вздрогнул, услышав знакомое слово. Для кого-то простое “обозримое” не значило бы ничего, кроме устаревшего, от все того же времени, фразеологизма. Но для Хаджара, собиравшего на протяжении нескольких веков секреты и тайны Безымянного Мира это значило больше, чем ему хотелось бы.

— Вижу и ты повстречал на своем пути мудреца, юный генерал, — произнес дух все тем же ровным, каменным голосом.

— Скорее тех, кто уже с ним общался.

— А в чем разница? — ненадолго Хаджару показалось, что он услышал удивление в голосе духа. — Зерна мудрости, проросшие в душе слушающего прелестным деревом, всегда будут тянуться корнями к тому, кто их посеял.

Хаджару вспомнилось правило мира боевых искусств о том, что нельзя обучать кого-то тому, в чем сам ты еще не постиг возможного для себя предела.

Генерал промолчал. Дух на это одобрительно кивнул. Он глубоко вдохнул и вместе с ним вдохнули и горы. Чуть потянулись, заскрежетали далекими лавинами и грязевыми сходами, потрескались ледяные шапки и далекие пики скинули с себя тысячелетнюю пыль.

— Сколько эпох минуло с тех пор, как мы бились с теми, кто поставил пяту на наше горло, мой генерал?

Хаджар не успел что-либо ответить.

— Слишком много, Кенатаин, — прозвучало за его спиной.

Хаджару не требовалось оборачиваться, чтобы понять, кто сейчас говорил. Не даром Черный Генерал решил появиться перед своим неизменным тюремщиком именно на этих стенах. Замок стоял на горе того, кто когда-то бился под знаменами армии Черного Генерала в войне против богов и целого мира.

— Время не пощадило вас, мой генерал.

Белоснежные волосы первого из Дарханов развевались на ветру, но лицо все так же скрывала непроглядная тьма рваной накидки.