Сердце Дракона. Восемнадцатый том. Часть 2

Тот путь, по которому шел генерал, волей не волей заставил его приобрести знание о том, как разбираться в людях. Так что когда он встретился взглядом с серыми глазами миледи, то смог понять о ней, разумеется, далеко не все, но достаточно многое.

Пусть вблизи она и выглядела несколько иначе…

Адепт, сидевшая перед ним на резном кресле, несмотря на свою вызывающую внешность — пышную грудь, скрещенные обнаженные ноги, пухлые, слегка влажные губы, тонкий стан и массивные… бедра, не обращала на эту внешность никакого внимания.

Как красивый цветок. Он таков — потому что таковым его создала природа. Цветок научился использовать свою красоту, чтобы привлекать бабочек и пчелок. А те, в свою очередь, даже не подозревали, что цветок, выращенный природой дарить миру красоту, вырастил из самого себя плотоядного хищника.

Холодного, расчетливого, сильного и независимого.

Миледи была не молода. Даже по меркам адептов. И эмблема пусть и младшего, но мастера секты Сумеречных Тайн, висевшая на её вызывающих робах, оказалась там вовсе не благодаря тому, что эти самые робы под собой скрывали.

— И почему я должна это делать? — интонацией опытной жрицы любви, спросила миледи.

Кто-то на месте Хаджара может и поддался бы ауре совратительницы, но только не Хаджар. Он видел миледи насквозь — перед ним сидел умный, сильный и оттого — безумно опасный адепт. Миледи же, в свою очередь, была слишком умна, чтобы не понимать этого.

Ей просто нравился процесс игры.

— Он ваш ученик, — ответил Хаджар.

Миледи улыбнулась так, как обычно опытная женщина улыбается сморозившему наивную глупость молодому любовнику.

— У меня много учеников, генерал, — произнесла миледи. — и большинство из них куда талантливее, чем… этот.

Она кивнула за спину Хаджара, где на ристалище лежал Шакх, борющийся с подступавшей к нему бездной.

— На амулете, который он использовал — печать вашей секты.

— Нашей, — кивнула миледи. — но если ученик был настолько глуп, чтобы использовать амулет Пламени Терны без должной к этому подготовки, то — это его проблема.

Может, сложись этот разговор лет так сто назад, то Хаджар сказал бы совсем другие слова. Но, как и миледи перед ним, он уже не был тем молодым воином, что встретил Шакха на границе Моря Песка.

— Мне казалось, что каждый ученик — это ответственность его учителя.

Взгляд миледи немного посуровел.

— Пустынный Мираж взрослый человек, — парировала она. — он сделал свой выбор. И мы не на территории секты, чтобы я с ним возилась, как с мальчишкой.