Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 2

На душе стало пакостно, и жутко захотелось распахнуть намертво заклеенное окно. А может – разбить? Пусть выветрится…

– Погань, – Лионель пинком отправил провонявшее епископом кресло в угол комнаты. – Сильвестр меня звал по титулу и порой по имени, в отцы, хоть бы и духовные, не набиваясь. Все-таки он был умен, по крайней мере вначале. Ты узнал?

– Бесноватого. Правда, не расцветшего.

– Мерзко мне стало, – не стал кривить душой Эмиль, – чудом окно не разбил, но бесноватый бы бросился.

– Он не настолько загнан в угол, чтобы забыть старые привычки.

– Ну избежишь ты их, а дальше?

– А дальше достойный пастырь будет утешать Колиньяра и иже с ним. Не помешает почетче определить границу между бесноватыми и просто обнаглевшими мерзавцами. Повезет, заодно и от будущего суда избавимся, уж больно неаппетитным он обещает выйти.

– Думаешь, Колиньяры сбесятся?

– Хотелось бы, но их с Манриками Сильвестр раскормил без всякой зелени. Пойдем, проедемся, что ли, сил нет тут сидеть!

У кочковатого топкого луга имелось неоспоримое достоинство – тот, кто добирался до его середины, становился неуязвим для засевших по краям стрелков. Очень удобно, если ты собрался говорить с подонками. Руппи на всякий случай проверил, как ходит в ножнах клинок, и вслед за Рейфером тронул коня. С противоположной стороны двинулась похожая кавалькада – генерал, увы, единственный, и конвой.

Всадники съезжались церемониальным шагом. Фельсенбург сдерживал так и норовящего вырваться вперед Морока, попутно прикидывая, не зарубить ли фок Гетца, благо перебежавший к временщику подлец подлежал казни хоть по дриксенским законам, хоть по варитским. Как и куда бить, Руппи представлял, только дальше-то что? Будь фок Гетц главным, его смерть могла бы вправить подчиненным мозги, но китовниками распоряжается эйнрехтский командующий.

Старший приятель младшего Марге, прыгнувший в столичные коменданты, оттуда – в Замок Печальных Лебедей и, наконец, в фельдмаршалы, разговаривать передумал, о чем и сообщил отвозившему ответ Бруно адъютанту. Дескать, он, Мориц-Максимилиан-Михаэль граф фок Ило-унд-Неттесшверт, согласен на личную беседу с принцем Зильбершванфлоссе, а у Рейфера не тот чин, титулу же и вовсе полтора года.