Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 2

Другое дело, что с паонскими ублюдками только кагетов воевать, ну да не мне тебе рассказывать. Фельп ты вряд ли забыл.

– А что Алва? Огнем кэналлиец не дышит, но хорошо, что ты его вспомнил. Чем Ворон берет? Свободой. Что хочет, то и творит, да и помощников себе сам подбирает.

– Вы с ним дела не имели, – вступился не за Ворона, за себя Капрас.

– Ты не злись! – велел Турагис и подвинул Карло блюдо с заливным. – У каждого свой потолок, поймешь какой – цены тебе не будет. Корпуса для тебя мало, армии – много.

На авангард или арьергард я тебя хоть сейчас поставлю, битва будет – крыло под командование получишь. Не меньше, но и не больше: морисков тебе самому не побить.

Капрас и сам так думал, но от чужих правдивых слов стало обидно, к тому же у Ореста с язычниками вышло, а вот у Турагиса – нет.

– Я не задавака, – каламбур получился на грани подлости, ведь когда покойный Задавака прикрывал Паону, Карло Капрас продавал, а это было именно продажей, Лисенку Хаммаила.

– Верно! – Опальный стратег поднял глаза, смотреть в них было непросто.

 – Ты – не Трастис, ты – Капрас, и ты таких бы глупостей не натворил. Зря задавакой никого не назовут.

– Он угробил армию! – Турагис хлопнул по столу, из налитой до краев миски испуганно выплеснулась красная подлива. – Неужели так трудно уразуметь: Паона – это еще не Гайифа! Вот без армии нас точно раздерут, и не мориски, а Талиг да Алат с Кагетой. Не столицу спасать нужно, а твой корпус, и грести к нему все, что сгребается.

Наберем армию хоть в половину задавакиной, тогда и морисков остановим, и Альберту с Лисенком по лапам дадим, ну а Ворон сам отступится, не дурак же он.

Карло торопливо впился в спасительную говядину. Кто бы спорил, армия нужна; страна без армии хуже беззубой псины, та хоть удрать может… Значит, спасать корпус? В смысле сидеть в Мирикии, когда язычники вырвутся на Императорскую дорогу и между ними и Полуденным дворцом останутся лишь сосунки вроде Сфагнаса! Верящие в своего императора и готовые драться до конца… Вот она, государственная измена, во всей красе, и ладно б только она! После такого ты не только не гайифец, ты не вояка и не мужчина.

– Обалдел? – участливо спросил Турагис, макая мясо в перепуганный соус. – Доносить часом не побежишь?

– Нет! – отрезал Карло. Доносить было и бессмысленно, и противно, он и так доносил на литейщиков. А если… – Армия без артиллерии больше не армия, теперь это даже до кагетов доперло.