— А как вам ответить, честно или в рамках придворного этикета? — я с невинным видом продолжал смотреть на императора.
— Вот шельма!!! — рассмеялся вдруг император, — Ладно уж, говори, что думаешь. Напряжение давящее на всех в кабинете растаяло. Все незаметно выдохнули.
Глава 32
— Ваше императорское величество, не сочтите за наглость, разговор долгий, давайте все присядем и за чашкой чая, я изложу все мои мысли по поводу этой ситуации.
Видимо император настолько растерялся от моей наглости, что несколько секунд смотрел на меня и не знал, как реагировать на моё предложение.
Нас всех выручил Бенкендорф.
— Я распоряжусь ваше величество, действительно, мы уже, который час тут заседаем. Глоток крепкого чая не помешает.
Император глубоко выдохнул и покачал головой, но ничего не сказал. Пока слуги накрывали чайный столик я обдумывал свой ответ. Главное не перегнуть палку и не выйти из образа человека из простонародья, пускай умного, но не имеющего высшего образования. Донести до императора свои мысли прямолинейно, чтобы он сразу понял суть.
Пока слуга разливал чай по чашкам все присутствующие немного успокоились. Император не сводил с меня взгляда, пытаясь подавить меня. Бенкендорф наоборот пытался меня успокоить и подбодрить. Единственно Александр, искренне переживал за меня, не зная чем помочь.
— И так ваше сиятельство, мы внимательно слушаем вас.
Я прочистил горло.
— Ваше величество, я человек простой и возможно многого не понимаю в большой политике, но вы спрашиваете моего мнения, поэтому будьте снисходительны ко мне.
Взгляд императора нетерпеливо подгонял меня.
— Не знаю, как вас, ваше величество, а меня всегда оскорбляло то пренебрежение с каким к нам относятся так называемые просвещённые европейцы. Особенно, униженное признание нашей сирости и убогости. Как наше высшее общество с придыханием и щенячьим визгом радуется похлопыванию по плечу белого господина. Мы для них дикари и варвары. Эти… понимают и уважают только силу. А ваш Нессельроде ещё и извиняется, зато, что император посмел бездоказательно обвинить их в покушении.
Лицо императора потемнело, кулаки сжались.
— Довольно, полковник, это мы и без вас знаем. Что вы предлагаете дельного?
— Ваше величество, — не стал я испытывать терпение Николая — не нужно огород городить и придумывать сложные дипломатические пути. Мы прекрасно знаем, кто есть сэр Кэмптон, помощник посла, офицер разведки. Наверняка его высокопревосходительство прекрасно осведомлен о всех его связях и участии в покушении.
