Шайтан Иван 5

Во многих беседах со своим уже зятем, граф много спорил и высмеивал его, как тогда казавшиеся наивными мысли о высокой политике. Сейчас же, вернувшись к работе в Коллегии, он вдруг осознал насколько проста и убедительна схема международных отношений нарисованная Иваном. Англия, разбогатела на грабеже заморских колоний и как паук плетёт золотую паутину превращая друзей в должников. Франция, это революционный шакал, претворяющийся львом и с её непомерными амбициями на мировое лидерство. Пруссия и Австрия, европейские дворняжки лающие и пытающиеся заявить о себе.

Испания и Португалия, потрёпанные красотки бездарно профукавшие свои колоссальные финансовые возможности, но всё равно пытающиеся влиять на европейскую политику. И что же Россия, имея огромные запасы всего необходимо для стабильного развития, выступает в роли здорового Иванушки дурочка, который смотрит в рот заграничным зазывалам. Они водят его за руку и говорят что надо делать, а что не надо. После каждой авантюры, в которую нас втягиваю, мы с побитой мордой и идиотской улыбкой радуемся похвале заграничного господина. Они все нас боятся и ненавидят. Нашей огромности и самодостаточности. Как только мы выскажемся о своем интересе к чему-то, они, несмотря на свои разногласия, объединяются и хором начинают мутузить нас. Вот и вся политика на пальцах. Тогда граф весело смеялся над мужицкой простотой Ивана, а сейчас стало не до смеха."

"По последним донесениям барона фон Белова, назначенного год назад послом в Турцию, наши связи и влияние при дворе султана практически полностью утрачены.

Английские военные инструктора, французские военные инженеры в большом количестве находятся в армии султана. Строгается огромная дубина. Для кого? У кого-то остались сомнения?

Со всем этим графу предстояло идти на доклад к императору. Самое печальное, граф не знал, что необходимо предпринять в первую очередь. У него не было конкретного плана действий. Назначения графа на должность окончательно испортили его отношения с Нессельроде. Он, понимая кто настоятельно назначал графа и не мог отказать, поэтому молча и демонстративно выказывал своё недовольство.

Деятельность граф в своем отделении встряхнуло тихое болото, чем вызвала неудовольствие некоторых чиновников уютно пребывающих на своих должностях. Мало того трое были уволены, заместитель был вынужден уйти в отставку. По всей возбуждённой Коллегии пошли разговоры о крайней резкости и нетерпимости графа, который сводил счёты со своими прежними оппонентами.