Шайтан Иван 5

Он, ни сколько не сомневаясь, поверил командиру и князю во время их разговора в штабе.

— Можете не сомневаться, уважаемая Мелис. Ни слово, ни намёком не позволю себе или кому-то другому обидеть или тем паче оскорбить Лейлу. Благодарю вас.

Мелис проводила взглядом уходящего Михаила. Он то и дело, оборачиваясь, бросал взгляды на Лейлу, которая с прижатыми ладонями к груди отвечала ему улыбкой, не замечая ни чего вокруг.

Возвратившись в штаб, после проведения метаний гранат увидел счастливо улыбающегося Михаила витающего в своих мыслях.

— Михаил, ты чего такой счастливый, как хряк после случки?

— Пётр Алексеевич, ну что у вас за сравнения, — досадливо проговорил Андрей.

— А пусть, — сказал Миша беспечно улыбаясь, не обращая внимания на мой вопрос. — Сегодня я решился просить дозволения у госпожи Мелис встречаться с Лейлой. И мне не отказали. Как вы и советовали, Пётр Алексеевич, я сразу заверил её в своей состоятельности и способности внести выкуп.

Мы с Андреем переглянулись.

— Однако, Миша, в смелости тебе не откажешь.

— Вот, что значит гусар. Не по форме, а по духу. Не то что, вы князь. Растерялись и пали духом. Смелость любое женское сердце завоюет. Примите моё уважение, Михаил Юрьевич, склоняюсь перед вашим мужеством.

— Полно вам, Пётр Алексеевич, иронизировать надо мной. — Смутился Миша.

— Ни капли иронии, сотник. Горжусь, что под мои началом такие орлы служат.

— Мелковат для орла. — Подколол Андрей.

— Ну тогда соколы. — Уточнился я.

— Мне незачем учиться, моё учение уже закончилось. Эх увидеть бы сына. Интересно какой он, похож на меня? — грустно вздохнул Андрей.

— Ну, если так тяжко, Андрей Владимирович, могу отпуск разрешить.

— Нет, командир. Такие события надвигаются и без меня. Ни за что не пропущу. После спокойно поедем в отпуск, вместе. Может и свадьбу Миши отгуляем? А, Миша?

— Ты чего краснеешь, Михаил? Будто тебя замуж выдают. Ты жених, сокол, подбородок вверх и хвост торчком.

Твои глаза, как утренний туман

Так мягко светят в нежной тишине

В их серой глубине, мой океан

В котором я тону, весь преданный тебе.

— Как, вы сказали, Пётр Алексеевич? — встрепенулся Михаил.

— В их серой глубине мой океан… — проговорил Миша, как бы пробуя слова на вкус.

— Вы это сами сочинили?

— Только что, глядя на твою счастливую физиономию. Экспромт. Нравится? Дарю.

— Вы действительно не против, Пётр Алексеевич?

— Нет, Миша.