Шайтан Иван 5

Смысл нашего военного участия против османов только в том, чтобы они отвлеклись на нас и дали передышку Австриякам. Мы и так находимся в постоянном противостоянии с ними на Кавказе. Австрию беспокоит активная военная реформа султана Абдул Меджида 1 при поддержке Англии и Франции. Надеюсь, ваше величество не испытывает ни каких иллюзий по отношению к этим странам. Наши заклятые друзья. Могу даже допустить, что султан, лично, не испытывает враждебности по отношении к России, но эти наши друзья активно натравливают его на нас с единственной целью ослабить Россию и самих Османов.

Англия блюдёт свои интересы, Франция исключительно свои, но в данный момент их интересы совпадают и они дружно помогают султану Меджиду трепать Австрию и Россию. Так было, есть и будет ваше величество. Я прошу вас всегда подходить к вопросу дружбы и союзничества чисто с прагматической стороны, выгодно ли это нам. Понимаю, что это звучит немного цинично, но вы ответственны за судьбу такой великой державы, как Россия. Это тяжкая ноша, но такова ваша монаршая судьба.

Всё время монолога в кабинете была полная тишина. Негромкий голос графа терялся в высоких потолках. Он устал от длинной речи.

Александр посмотрел на отца, прося разрешения задать вопрос, и получив разрешающий кивок спросил.

— Значит, Дмитрий Борисович, по вашему мы можем нарушать заключенный договора если нам это выгодно?

— Ваше высочество, я не призываю нарушать и игнорировать наши обещания данные кому-то. Я призываю к тщательному и взвешенному подходу перед заключением их.

Только с условием, что это выгодно нам, а не в угоду кому-то, в ущерб себе. Мы и так испытываем большие трудности на Кавказе. К чему обострять наши отношения с Османами сейчас. Если мы затеем с ними полноценную войну, то-то будет радости у всех, кроме нас с Портой. Подумайте, ваше высочество, все станет простым и ясным, когда слетит шелуха сладких речей и правильных, на первый взгляд, советов.

— Я услышал вас, Дмитрий Борисович, благодарю вас. Прошу вас задержаться немного.

Император выразительно посмотрел на Александра и Бенкендорфа. Они, поняв намек, поднялись и вышли из кабинета.

— Как себя чувствует Екатерина? — В голосе Николая звучало участие.

— Она почти оправилась после родов. Чувствует себя вполне хорошо. — улыбнулся граф. — Правнук ест, спит и пачкает пелёнки. Очень голосистый и требовательный.

— Что же, благодарю вас, Дмитрий Борисович, ещё раз. Думаю придется обратиться к вам за советом не раз.