Шайтан Иван 5

Только несколько раз приходилось осторожничать и вести Черныша в поводе. К вечеру мы спустились и через час подъезжали к селению Арди, у начала дороги на перевал. Нас встретили и провели в дом старейшины селения. Мы с Даудом вошли в большую комнату в которой сидело больше десятка старейшин. Никто не встал. Нам указали наши места. После того как мы расселись, все продолжали настороженно изучать меня. Не все старейшины были старцами убелёнными сединой. Были мужчины сорока, пятидесяти лет. Старейшина, лет шестидесяти, наконец прервал молчание.

— Приветствую тебя, Иван, у нас, в селении Арди. Я, Куат, старейшина Арди, а это старейшины и уважаемые люди из Гаштани и Сериз-кали. Мы вольные военные тухумы, Дасенруховцы. Ты хотел поговорить с нами, мы слушаем тебя.

Дауд делал синхронный перевод.

— Ас-саляму алейкум ва- рахмату-лляхи- ва- баракятух (Мир вам и милость божья и Его благословение), — так звучат полное приветствие. Поклонился приложив правую руку к сердцу. Как и рассчитывал, многих это удивило.

— Благодарю вас уважаемые, что откликнулись на мою просьбу. Я хотел узнать у вас, уважаемые, как мы будем жить дальше? Вы восстанавливаете дорогу на перевал. Жители черкесских селений и я, не знаем, что ожидать от вас. Дружбу и хорошие соседские отношения или опять набеги, грабежи во имя Аллаха, субхана-ллах (пречист Аллах). Не смотрите на меня с таким удивлением. Вы знаете Дауда, сына уважаемого Адэла. Он подтвердит мои слова. Они только начали хорошо жить, зимой голод не посещает их селения.

Если вы восстановите дорогу по ней вновь придут отряды Абдулах-амина и Хайбулы. Они станут призывать вас присоединиться к ним и прикрываясь знаменем ислама убивать русских и своих собратьев, мусульман. Объявив их предателями, потому что они хотят жить в мире, растить хлеб, радоваться, что их дети не плачут от голода.

— Замолчи, Шайтан, твои слова, как яд разъедают души правоверных и вводят их в заблуждение. — со злостью выкрикнул один из присутствующих.

— Это Закир, из селения Гаштан — шепнул мне Дауд.

— Зато твои слова, уважаемый Закир, зовут правоверных в рай, где полногрудые гурии встречают с улыбками, истинных воинов ислама. — Усмехнулся я. — Что-то ты не торопишься туда.

Дауд переводивший меня невольно улыбнулся.

— Не торопись, уважаемый Закир сказать слова о которых ты пожалеешь. Гнев плохой советчик. Я пришёл сюда не для того, чтобы ссориться. Я хочу договориться о мирном сосуществовании. Даже плохой мир, лучше хорошей войны.