Сирийский рубеж 2

Несмотря на просьбу не уходить, никакого желания спать на стуле у меня не было. На кушетке нам двоим было не разместиться. Видя, как она поёжилась, я снял с себя куртку и укрыл её.

После приятного и столь романтического завершения вечера, я с чувством выполненного долга вернулся в «расположение». Основанная часть застолья закончилась, и остались только самые стойкие — Занин и Кеша.

Петров что-то очень важное рассказывал Васе. Да так воодушевлённо, что Занин даже не моргал, а только медленно пил чай.

— Саныч, он… он как Икар.

Не самое лучшее сравнение в его исполнении, но приятно, что он так меня ценит.

— А вот и наш Икар, — показал на меня Вася.

— Так, Кеша идёт спать, — сказал я, подталкивая Иннокентия в кровать.

Петров пытался меня ещё несколько раз обнять, но я его уложил на кровать.

— Сан Саныч, а давай ещё по одной. По-братски! Совсем по маленькой, — продолжил настаивать Петров.

Я придавил своего друга и коллегу к кровати, чтобы он и не пробовал вставать.

— Кешенька, спокойной ночи. Алкоголь даже в малых дозах вреден в любом количестве, — перефразировал я Жванецкого.

Дальше Петров «бороться» не стал и повернулся набок.

Я подсел к Занину, который уже наливал мне чай.

— Сан Саныч, только не обижайся, но я должен спросить — успешно? — задал Вася вопрос с серьёзным выражением лица.

— Настоящий мужчина всегда добьётся того, чего хочет женщина, — ответил я.

— Эт точно, — улыбнулся Занин, отхлебнув чай.

Несколько минут мы сидели молча, слушая аккомпанементы, издаваемых нашими товарищами во сне.

— Сань, я давно хотел тебе сказать, что ты молодец. И пожелать тебе, чтобы ты не менялся, — тихо проговорил Занин.

Прозвучало это чересчур серьёзно, но мне было приятно слышать похвалу от лётчика-испытателя.

— Спасибо. Меняться уже поздно. Слишком долго живу, — ответил я.

— Мда, время упущено, — посмеялся Занин.

— Вась, а тебе я хочу сказать, что надо двигать авиационную промышленность вперёд.

— Знаю. Возьмём. Думаю, в скором времени вы что-нибудь в Торске новое получите.

В дверь комнаты постучались, и к нам заглянул запыхавшийся сирийский солдат.

— Господин… майор…

Узнал я этого сирийца. Он уже приносил нам не самые хорошие вести о вызовах на командный пункт.

— Брат, только не говори, что опять на КП? — спросил я на арабском.