Танцы на стеклах. Книга 2

Скажите мне, пожалуйста, какой из Богов одобрил бы то, что вы делали?

Нора уставилась на меня так, словно я только что отвесила ей тяжелую пощечину. Я пристально смотрела женщине в глаза, дожидаясь ответа. Но ничего внятного так и не услышала.

– Ах ты…

– Вам нечего сказать, да? Потому что вы знаете, что это правда. Судя по тому, как здесь оказалась я, не думаю, что мать Джареда была шлюхой. Уверена, у нее не было выбора, ее просто заперли в золотой клетке. Ей удалось сбежать, а мне…

– Я сделаю все, чтобы ноги здесь твоей не было, маленькая дрянь, – прошипела Нора, делая два шага ко мне.

– Этого я и добиваюсь, – добавляю я на арабском, вводя женщину в полное недоумение. – Но вы меня ничем не запугаете.

Воздух меду нами такой наряженный, что мне становиться душно, дурно и тесно. Медсестра, по-прежнему, возится с моей спиной, не обращая внимания на то, о чем мы разговариваем – девушка не знает английского."

"Я оглядываю свою абайю, всю в крови. Руки, и даже волосы, цвета платины – все в бордовых запекшихся пятнах.

Мне необходимо помыться. Мне кажется, что на мне не только моя кровь, но и кровь Тигра. Я разминаю шею, чувствуя вдруг… странную пустоту на ключицах.

Тянусь к ним, пытаясь нащупать свой кулон, который подарил мне отец. Нет… нет… нет! Этого не может быть. Уверена, в клетке он еще был на мне. Я совершенно четко это помню. Неужели кулон украла девушка, которая обрабатывала раны? Но зачем ей железная пластинка с бижутерией.?!

Мне так обидно. Я не знаю, как вынесу то, что потеряла его.

Это ниточка… связь с папой. Амулет, защита, да что угодно… черт подери. Мне он нужен, безумно нужен.

Но я тут же забываю про кулон, подаренный отцом, когда всего несколько слов Норы, сотрясают воздух, словно гром. Будто несколько оглушительных выстрелов. Али так и не смог выстрелить в меня, попасть в самое сердце, но Норе это удалось…

– Рания ждет его ребенка, дорогая Мелания. Неужели ты думала, что ты действительно что-то для него значишь? Я вижу это по твоим глазам.

Как, вопреки всему, ты любишь. Он все в твоей жизни. Твой шейх, король, и Бог. А ты для него кто? Пойми. Лишь эпизод, строптивая наложница, навязчивая одержимость, которая исчезнет, растворится, словно пыль, когда он возьмет на руки своего первого сына. От Рании, – подчеркнула она, и, быстро развернувшись, покинула комнату.

Все оттенки боли обрушились на меня лавиной, лишили зрения, заставляя меня вновь почувствовать, где находиться сердце.