Танцы на стеклах. Книга 2

Мой взгляд скользит по плоскому животу, и опускается еще ниже – к блестящему поясу, который слишком низко сидит на бедрах.

При каждом ее шаге монетки мелодично звенят, и я наблюдаю за ними, как завороженный, возвращаясь к стулу.

– Если мне не понравится, наказание не будет засчитано. А, значит, ты не искупишь свою вину, и я не отменю своего решения насчет гарема, – предупреждаю я на всякий случай. Мэл закрывает лицо вуалью, пронзая меня ледяным взглядом. Подходя к краю покрывала из переливающихся осколков, она почти не дышит, прежде чем поднять правую изящную ножку и встать прямо на стекла голой ступней.

Я наблюдаю за ее лицом, прекрасно зная, насколько это больно. Кожа ступней пронизана огромным количеством нервных окончаний. Это безумно больно, когда в нее впиваются десятки осколков одновременно. Незабываемое ощущение…

– Танцуй, – жестко приказываю я.

– Будь ты проклят, Саадат, – произносит Мэл, начиная двигаться. Я смотрю на ее лицо, ища в глазах признаки боли и отчаянья. Но вижу только гнев и твердую уверенность пройти испытание.

Не показать свою слабость. Упрямая, отчаянная сучка. Если честно, я надеялся, что она начнет меня умолять простить ее еще до того, как встанет на ковер из битого стекла. Но она оказалась сильнее, чем я думал.

Ее глаза не отрывались от моих, пока она грациозно и чувственно двигала стройными бедрами и руками, изображая танец искушенных наложниц. Меня бросило в жар от напряжения, которое снова заструилось между нами, вспыхнуло, заискрилось. Мой взгляд невольно заскользил по изящным кистям, хрупким плечами, тонкой талии и вздымающейся груди, едва прикрытой голубым, прозрачным шелком.

Каждое движение стройными бедрами сопровождалось звоном монеток, каждый жест был пронизан невероятным соблазном, словно она танцевала не на стеклах, а на персидском ковре."

"Я тяжело задышал, ощущая, как сложно контролировать собственные эмоции, наблюдая, как передо мной изгибается сексуальное тело Мелании Йонсен. Никакие незажившие раны не способны были остановить мое безумное влечение, одержимую, болезненную потребность заполнить ее собой.

Но я пришел сюда не за сексом, хотя не думать о нем, глядя на нее сейчас невозможно. Пора взглянуть правде глаза. Мои чувства к Мэл вышли за пределы удовлетворения сексуальной потребности.

Я чувствую к ней больше, чем могу себе позволить. Больше, чем готов признаться самому себе.

Мое проклятие. Ведьма. Мeligim. Shaitanah.[21]

Маленькая, совершенная девушка, словно созданная для меня.