Танцы на стеклах

Тасенька горько плачет, зовет меня, а я совсем ничего не могу сделать, никак не могу помочь своему котенку. Что я за мать после этого?

– Агния, Ася… – меня кто-то трясет за плечо.

Открываю глаза и понимаю, что плачу.

– Ура, – выдыхает одна из девочек – горничных дневной смены.

– Спасибо, что разбудила, – улыбаюсь ей солеными губами.

– Ты так плакала, у меня аж сердце сжалось, – вздыхает она.

– Кошмар приснился. Я пойду.

Желудок урчит. Меня слегка подташнивает от голода. Иду к старшей горничной. Надо попробовать договориться о работе без выходных.

Хотя бы здесь мне везет и проблем не возникает.

Оставляю сумку с вещами в одном из шкафчиков раздевалки, тоже с ее разрешения. Иду в свободный номер, привожу себя в порядок для встречи с Веденеевым.

Пока не получила зарплату, приходится выбирать между проездом и едой. Время поджимает, выбор становится очевидным.

Как назло, на остановке расположен киоск с пирожками и кофе. Рот моментально наполняется слюной, и я залипаю на витрину с золотистыми слойками.

Из них аппетитно вытекает джем, и мне кажется, что это самая вкусная еда на свете.

– Разрешите вас угостить? – меня накрывает огромной мужской тенью.

Вздрагиваю, поднимаю взгляд на высокого, красивого мужчину в ослепительно белой рубашке.

– Вы так смотрите на эти пирожки, что мне самому захотелось попробовать, – улыбается Соколов. Его невозможно было не узнать. – Есть одному не хочется, – говорит он. – Так разрешите?

Не смог проскочить мимо. Давно не видел, чтобы такая красивая женщина с такой жадностью смотрела на пирожки.

Сейчас у всех правильное питание, диеты. Ничего не имею против, за собой необходимо следить, но не доводить это до фанатизма, как часто бывает. А здесь стоит такая яркая, точеная, элегантная даже в стареньких джинсах и ни хрена не брендовой футболке и искреннее глотает слюнки. Во мне сразу включился инстинкт добытчика – красивую женщину надо накормить!

Выхожу из тачки, уверенным шагом подхожу к незнакомке с единственной целью – добыть для нее самый вкусный пирожок и посмотреть, как она с аппетитом его съест.

«Извращенец ты, Соколов! Нормальный мужик получает кайф, когда женщина перед ним не ест, а раздевается!»

Есть, между прочим, тоже надо уметь. А она смотрит на еду так, что это выглядит как прелюдия перед жарким сексом.

Голодный мозг склоняет все мысли в горизонтальную плоскость. Гоню их пока от себя.

– Разрешите вас угостить?

В ее красивых, умных глазах столько удивления. Надо как-то оправдать свой странный подкат.