Танцы на стёклах

— Не так, Лана? — иронично интересуюсь я, делаю пару шагов вправо к стойке мини бара, открываю один из ящиков, неотрывно глядя на нее, сжимающей свои бедра. Запоздалая скромность, малышка. Я не тронут. Лучше раздвинь и дай мне вдоволь налюбоваться.

— Нет, не так, — кивает она. Влажные колечки волос падают ей на плечи. Невероятно эротическая картинка, от которой сводит зубы и не только…

Я снова кривлю губы в усмешке, перебирая некоторые вещички, которые мне сегодня понадобятся. Я не буду сильно ее пугать, но почему-то ничто из увиденного меня не заводит.

Я хочу смотреть только на Мэл. На это сжавшееся хрупкое тело на огромном диване, в ее растерянные мятежные глаза, на пухлые подрагивающие губы, которые совсем скоро будут выкрикивать мое имя.

— Позволь напомнить, ты явилась влажная после душа, в сексуальном шелковом халате на голое тело, ты залезла на меня верхом, терлась об меня, как похотливая кошка, потом залезла в мои брюки, чтобы… Кстати, зачем, Лана? Хотела потрогать, а может, попробовать?

— Нет… — тихо выдыхает Мэл, закусывая в смущении нижнюю губку.

Острая волна похоти простреливает позвоночник, в глазах темнеет… Так еще не было. Никогда.

— Нет? — с обманчивым спокойствием спрашиваю я, захлопываю ящик, замечания как она вздрагивает от громкого звука, и мягкой неспешной походкой хищника приближаюсь к краю дивана. — Подразнить хотела? Выдержку мою проверить? А прыгнула зачем?

— Мне стало стыдно, Джаред, — фиалковые глаза снова смотрят на меня с мольбой. ЕЕ раскаянье кажется таким искренним, оно взывает к тому парню, который держал ее за руку в Париже.

Но здесь только я, сорвавшийся с цепи плохой мальчик.

— Заткнись, — рычу я, чувствуя, как негодование вперемешку с болезненным желанием превращает мою кровь в кипяток. Когда я снимаю брюки, она как маленькая девочка, закрывает ладонями лицо, открывая моему взгляду свою красивую упругую грудь с затвердевшими вершинками. Облизывая губы, я чувствую, как сжимается в предвкушении каждая мышца моего тела. Ее бледная кожа розовеет от смущения.

Встаю коленями на край дивана, бросая рядом упаковку с презервативами. Мне не нужны внебрачные дети. Я не так недальновиден, как мой отец. Тянусь к своей соблазнительнице, обхватывая пальцами лодыжки, резко притягиваю к себе. Она убирает руки от лица, хватаясь за гладкое покрытие дивана ногтями, пытаясь удержаться. Наши взгляды встречаются, и становится обжигающе жарко. Адски горячо. Она тяжело и шумно дышит, и теперь это вряд ли связано со страхом.