Танцы на стёклах

Проживу с дырой в сердце.

— Это было всего лишь приятное времяпровождение. Небольшой отпуск. Но… не так уж мне и понравилось, — очень медленно, с неудержимым стоном произношу я, который выдает меня с головой. В одном этом «понравилось» секса столько, что я сама в шоке от своего голоса. Боже, надеюсь он этого не услышал по телефону? Я просто представила, как снова беру его в рот и… как он трахает меня, сдвинув ткань трусиков в сторону, на носу яхты. Внутри меня рвет на части. Нужно заканчивать…

— Что, бл**ь*? Мэл, я же накажу тебя.

За каждое твое слово. Отшлепаю… завтра же, — чуть ли не рявкнул Джаред. — Черт возьми, или прямо сейчас.

Одержимость в его голосе пускает горючий яд по моим венам, и мне даже хочется сказать «да», перейти на ласковый тон, обсудить то, чем бы мы могли заниматься сейчас и целые ночи напролет… но этого не будет.

— Прямо сейчас, я сплю, Адам. Еще раз повторю: все было ошибкой. Все кончено. То, что произошло на яхте, останется на яхте. Навсегда. Спокойной ночи, Адам, — я быстро кладу трубку, и падаю на пол, начиная плакать.

Хватаюсь за простыни, прижимаясь к краю кровати, как побитая…

Я швыряю телефон в стену, наблюдая за тем, как с глухим звуком, отскакивая, он невредимый падает на пол. Гребаные японцы, научились делать неубиваемые гаджеты. Никаких тебе спецэффектов и злорадного удовлетворения от рассыпающегося в воздухе ни в чем не повинного мобильного устройства.

Маленькая, глупая сучка.

Неужели ты думаешь, что я поверил хоть одному слову?

Жалкая притворщица, которая едва сдерживала слезы, пытаясь уязвить меня.

Это просто нелепо, черт возьми. Я прекрасно помню, как сильно ей «не понравилось» подо мной. До сих пор чувствую, как она впивалась в меня когтями, крича от удовольствия, как выгибалась, как брала в рот мой член, словно искушенная шлюха, лаская себя и доводя меня до оргазма одним только горячим видом, как на носу яхты в экстазе стонала мое имя. Снова и снова. И это имя было — Джаред, черт тебя возьми. Джаред.

Но если ты хочешь Адама, то получишь Адама.

Только не жалуйся потом. Сама напросилась.

В ярости мечусь по квартире, как разъяренный леопард. Мне нужно срочно что-то придумать. Я не могу позволить ей так просто соскочить, щелкнув меня по носу, словно какого-то мальчишку. Одного из своих блаженных идиотов, очередного клоуна бесконечной свиты поклонников, которые смотрят на нее, как на святого ангела, в то время, как я предпочитаю трахать этого ангела. А не сдувать с него пылинки. Грубо и жестко трахать.