Танцы на стёклах

А не таким, как Джаред.

Я хочу отказаться от предложения Ника, но телефон вибрирует в моих руках, и я беру трубку.

— Мэл, прости. В общем тут такое дело, ко мне Мэтт пришел… точнее устроил ужин романтический. Я захожу, а тут к шарикам и цветам, свечи и темнота… знал, что я никуда с ним пока не выйду, поэтому устроил все дома. Ну не могу я… оттолкнуть его, понимаешь? Может, переночуешь у Эйприл? Она, вроде, комнату сняла в Бронксе.

Ага, поеду я на ночь глядя в Бронкс. До туда час на метро. Но выхода нет, я не могу отказать подруге.

— Мэл, прости, что я так…

— Не переживай, Сэм. Что-нибудь придумаю. Давай, не натвори глупостей. Пусть хорошенько извиняется, — предостерегаю я подругу.

Даже Мэтт, несмотря на то, что он был жутким бабником и разгильдяем, не такой безнадежный, как Джаред.

Исправился, все осознал… а Джаред? Я уже не знаю, кто он. Принц, насильник, или Адам… Я хочу, чтобы он был никем.

Но где-то в глубине души я просто слышу тихий голос своей души: «всё».

Трясу головой, избавляясь от наваждения, и смотрю на Ника:

— Хорошо, я согласна.

«Он не человек, у него нет права на мою жалость. Я отдала ему сердце, а он взял его, насмерть исколол и швырнул мне обратно».

Ник слегка помогает отвлечься от мыслей о Джареде. Но я только обманываю себя. Снова и снова я слышу мерзкий голос Беатрис, снова смотрю на свою сумочку, понимая, что там лежит «оплата» Джареда.

Всего лишь один его звонок, был бы мне дороже, чем это чертово ожерелье. Пустые стекляшки.

Эйприл бы, наверное, душу за такое продала. А я мечтаю разорвать его на части. А лучше вообще к нему не притрагиваться.

Джаред никогда не поймет, что я сейчас чувствую. Каково было бы ему?.. Знать, что на следующий же день, я бы отдала себя другому? Стонала бы в его ухо, даже не вспоминая о нем?

Я никогда не узнаю этого, потому что Джареду было бы все равно. Ник что-то говорит, а я содрогаюсь от тошноты и ужаса, представляя, как Беатрис стоит перед ним на коленях и доставляет моему… моему мужчине удовольствие.

— Забудь, Мэл, — успокаивает меня Ник. Я и сама не поняла, как, но я просто расплакалась, когда он рассказывал очередную историю из своей жизни. Ник прижал губы к моему лбу — нежно, трепетно и заботливо. Начал поглаживать, содрогающиеся плечи… через пятнадцать минут вся его рубашка была в моих слезах.

— Милая, я же вижу, что-то не так.