Танцы на стёклах

Черт, всех женщин интересует именно этот вопрос, хотя можно задать тысячу других, более важных.

— Есть, — киваю я. Мелания смеется, думая, что шучу.

— Удивительно… Ты же совсем из другого мира, да? — ее голос звучит чувственно и мягко.

— Да, — снова согласно киваю я. Она верно мыслит, но ее восторженное романтическое представление о принцах и восточных сказках не соответствует реальности.

— Ваши женщины закрывают лица? Паранджа и все такое.

— Почему ты мне это сказал? — видимо замечание о невинности ее все же задело.

— Ты спрашиваешь меня об обычаях моей страны. А я рассказываю, — бесстрастно отвечаю я. — Браки заключаются по договоренности между родителями. Молодожены часто видят друг друга только в день свадьбы. Во многих странах арабского мира законы стали лояльнее, но наша страна является одной из самых религиозных и традиционных на Ближнем востоке.

— Многоженство? — она вскидывает бровь. Я улавливаю это движение, немного повернув голову. И все, залипаю… Смотрю на ее губы, едва сдерживая стон от болезненного напряжения в паху.

Маленькая ведьма облизывает их кончиком языка. Неспециально, неосознанно, но моему члену сложно объяснить разницу. Я вижу — он реагирует.

— Да, многоженство имеет место быть, если средства позволяют, — чуть не вписавшись впереди ползущую легковушку, резко притормаживаю, но Мэл, словно не замечает опасной ситуации, поглощенная допросом.

— И тебя бы хватило на четырёх?

— Мэл, речь не обо мне. Но я бы потянул и больше.

— Хвастун, — с усмешкой качает головой Мелания.

 — А если серьезно?

— Я не хочу столько жен, — искренне отвечаю я. — Если честно, я и к одной-то пока еще не готов.

— Я слышала так много страшных историй. Забрасывание камнями, сожжение заживо, полное отсутствие прав у женщин и постоянное их угнетение.

— Смотря, что считать угнетением, Мэл, — пожимаю плечами. — Моральных уродов, которые готовы использовать свою силу против слабого везде достаточно. То, что ты перечислила — единичные случаи. Но, если сравнивать законы США и Анмара, то, конечно, различия колоссальны.

Не в пользу женщин, Мэл, и даже врать не буду. Судьбой и благом своей жены полностью управляет мужчина, но только от нее зависит, какой будет супружеская жизнь. Без причины ни один уважающий себя мусульманин не причинит вред своей жене. Они полностью обеспечены, имеют свои дома, драгоценности, слуг, машины с личными водителями.

— Ого, как ты заговорил, — ухмыляется Мелания. По интонации я слышу, что она злится.