— Ты хочешь, чтобы дежурство вели мы с Клодом? — уточнил Морис, выслушав меня.
Я кивнул.
— Вы и ещё пара доверенных лекарей. Но проверьте их на предмет контактов с ведьмами клана Сципион.
Насчёт этих двоих я был уверен, насколько это возможно, что они чисты. Мы обсудили это с ними, ещё когда ехали сюда вместе с Октавией.
Что, конечно, не исключало вероятности ментального воздействия извне. Но я всё равно не мог это никак проверить, а присутствие лекарей было жизненно важно на случай если что-то пойдёт не так.
Но вот в охрану я уже определил преимущественно мёртвых бойцов. Они защищали все подступы к спальне ведьмочки, а внутри несла круглосуточный караул самая сильная моя мини-химера — Пуша.
И такой выбор — не случаен. Несмотря на то, что она не была раньше боссом очага, как мощнейшие из моих химер, зато обладала поразительно быстрой реакцией. Возможно, лучшей среди всех."
"Ну и, конечно, её миниатюрность в текущей ситуации тоже была большим плюсом.
В общем, я сделал всё, что мог, чтобы защитить Октавию так хорошо, как только мог.
Но теперь нужно было активно действовать, и я отправился прямиком в метро, чтобы как можно быстрее добраться до Старого Форта.
Что ни говори, а он всё ещё оставался самым лучшим местом, если нужно спрятать что-то от чужих глаз. И филактерию деда я мог оставить на хранение только там.
Много времени это путешествие у меня не заняло. И уже скоро я вернулся обратно, подкидывая в руках два кубика от древней настольной игры «Нарды».
Честно сказать, я даже немного удивился, когда понял, что дед выбрал именно их. Я всегда считал, что больше всего он любил как раз шахматы. Так что шахматная фигура в виде сосуда для его духовной сущности выглядела бы более логично.
Но возможно та история с Дианой всё-таки оставила на нём свой отпечаток и какие-то неприятные воспоминания.
Как бы там ни было, а я ещё раз с удовольствием отметил, что филактерия не повреждена. Так что с возрождением деда не должно возникнуть каких-то серьёзных проблем.
Кроме одной.
Дело в том, что когда я его запечатывал, то, как и всегда, сработал на совесть. Я дополнительно обезопасил филактерию от случайного возрождения кем-либо, кроме меня.
Немного переделав печать, я подкорректировал условия, в которых возрождение сработает.
