Если в большинстве мест их держали за этаких «завхозов», чтобы они обеспечивали жизнь неодаренных не отсвечивая лишний раз, то здесь они играли роль церемониймейстеров и обслуги для самих Вийонов, а потому кичились своим статусом и мундирами словно камердинеры в господском дворце. Кстати по этой же причине, в ратуше служило много одаренных.
Пьер Мартен, а именно так звали нашего нового знакомого, как и все в этом городе следил за модой. Золотые запонки с причудливым гербом поблёскивали на его безупречно сидящем щёгольском пиджаке, выдавая принадлежность к одному из местных дворянских кланов.
"И хотя в нём самом магических сил было мало, ведь как и везде в чиновники шли те, кто не мог добиться больших успехов в делах рода, но держался Пьер с большим достоинством человека, привыкшего, что к его решениям прислушиваются.
Из чего я сделал вывод, что в этом городе он был не просто говорящей головой, но и обладал некоторым авторитетом.
— Так значит это вы тот самый Загадочный Мастер? — расплылся он в улыбке и протянул ладонь для рукопожатия.
— Похоже, что так, — улыбнулся я в ответ и пожал его руку.
Он предложил мне сесть, а затем спросил:
— Раз вы всё-таки пришли, могу я узнать ваше настоящее имя?
Теперь, когда мы нашли Николя, в нашем инкогнито практически не было никакого смысла, так что я честно ответил:
— Максимилиан Рихтер.
К чести Пьера, он не стал выбегать из кабинета и звать на помощь и только промокнул свой внезапно вспотевший лоб платком.
— Ох, неужели тот самый? — произнес он, пытаясь вернуть самообладание.
Я кивнул. А он продолжил:
— В таком случае, я счастлив приветствовать в нашем городе самого выдающегося бойца современности и, — тут он немного потерялся, — и всех прошлых эпох. Совсем не удивительно, что вы заняли первое место в ежемесячном рейтинге дуэлянтов. И от лица Вийон-де-Тур я хочу поблагодарить вас за проявленное уважение к нашим законам!
Он продолжал говорить ещё что-то в том же духе, а я краем глаза наблюдал за Симоном.
Но, что удивительно, когда я представился, на его лице не дрогнул ни единый нерв, словно он уже давно сам обо всём догадался. А может так и было.
Я уже понял, что, несмотря на его восторженный и, казалось бы, наивный характер, этот парень далеко не дурак. А, возможно, он гораздо, гораздо умнее, чем думают все вокруг.
