— Кстати… я конечно, понимаю, что там вас всех подлатал лекарь. Но всё же, как здоровье? Может стоит вызвать Николая Юрьевича?
— Спасибо, отец. — раскладывая перед собой столовые приборы, ответил парень. — К счастью, на этот раз всё обошлось. А пару ссадин пусть останутся мне напоминанием о кое-каких ошибках.
— Хм. Одобряю такой подход. — уважительно кивнул граф на слова сына, а затем добавил. — Но если что, телефон у тебя есть.
Следующие несколько минут присутствующие зазвенели тарелками и вилками, после чего, тишину нарушила молодая девушка, сидевшая рядом с братом.
— Ходят слухи о том, что у Серёжи есть все шансы попасть в команду на Зарницу!
— Соня… Это ещё… — начал было что-то объяснять Сергей, но сестра его перебила.
— Шансы-то есть! — улыбаясь эмоционально воскликнула девушка.
— Дочь. — поднял на Софию взгляд Фёдор Анатольевич. — Места в команду на это мероприятие уже давно распределены. И результаты соревнований тут играют весьма косвенную роль. Куда больше политика.
— А я загадала, что всё получится.
Вот увидите… — не обращая внимания на слова окружающих, бросила девчонка и вернулась к приёму пищи.
* * *— Тимофей, какого черта у тебя тут творится? — осматривая школьный двор из кресла хозяина кабинета, спросил Евгений Константинович.
Директор стоял на ковре напротив князя и сохраняя каменное спокойствие на лице, изучал взглядом стену напротив.
— Я вам давно предлагал отчислить Обломова. — сам не веря в то, что говорит, ответил Тарханов. Но ведь нужно же было как-то оправдываться? — От него много проблем.
— То есть хватку ты уже свою потерял. — кивнув собственным мыслям и продолжая наблюдать за бегающими детьми, констатировал князь.
— Это вам решать.
— Тенишева и Коломойцева тоже отчислить предложишь?
— Если калеками не останутся и смогут продолжить обучение, с ними разобраться проблем не составит.
— Так чего же ты тогда не сделал этого раньше? — слегка повысив тон, бросил Евгений Константинович. — Мне прикажешь теперь их отцам эти два переломанных тела выдать?
В комнате внезапно стало тяжело дышать, а в ушах сильно и резко зазвенело.
Стол, кресло, окно и даже ковёр на котором стоял директор, стали покрываться иссиня-белой коркой льда.
— Будем надеяться, что Пётр Иванович справится. — стоически выдерживая возросшее напряжение, смену давления и резкое изменение микроклимата в помещении, ответил хозяин кабинета.
— К твоему сведению, там уже давно работает не только Пётр Иванович.
