— Но и это не всё.
В столовой было уже пусто — в основном ужинали СБшники и сами местные работники. Последние, кстати, меня неплохо уже знали и сейчас с недоумением оглядывали мой необычный внешний вид. Я старательно изображал, что взгляды эти не замечаю, но понимал, что скоро прибуду сюда отбывать наказание и тогда меня завалят вопросами.
— Серьёзно вижу вы взялись.
— По-другому не умеем. — важно заявил собеседник, смазав пафосную фразу смешком.
— И что, кого-то поймали уже?
— Нет. Пока никого и не было.
— Понятно.
— оглядывая стоявшую передо мной тарелку с пюре и двумя аппетитными котлетами, вяло бросил в ответ я.
Повисла гастрономическая пауза, в ходе которой мы изредка перекидывались взглядами, но тишину нарушать не торопились.
— Слушай, так уж вышло, — разобравшись со своей порцией, начал дядя Витя. — мы тут случайно стали свидетелями твоего диалога с соседями по больничной койке.
Услышав это я кисло поморщился, но особо удивляться не стал. Камеры-то я им в палате все развернул куда подальше, а те, что не развернулись, попросил перестать работать.
Но вот с их техникой, способной слушать через те-же стены, ничего не сделаешь, если как минимум о ней не знаешь.
— В общем, не расстраивайся, Соколик. Настоящие друзья так и проверяются. А остальные со временем отваливаются, тут уж ничего не поделать.
— Спасибо за поддержку, дядя Витя. Что есть, то есть. — бросил я в ответ, благодарно кивнув собеседнику и дальше принялся за еду.
Время за ужином пролетело незаметно. Мы ещё немного пообсуждали прошедшие на турнире поединки, мою победу, ну и не обошлось без обсуждения слитого мною боя.
— Да уж… мало кто, конечно, заметил, но любой инструктор и тот, кто разбирается, скорее всего, всё поняли.
— Что сделаешь теперь уже… Так надо было. — пожал я плечами, на фоне произошедшего совсем забыв об этой ситуации.
— Как бы этот Михаил тебе за такую помощь потом не припомнил."
"— С чего бы это? — искренне удивился я.
— Ну как же… Чемпионом он, конечно, стал, но по сути-то, знающие люди понимают, что не совсем заслуженно.
А ведь он со своей стороны всё делал честно, не жулил, старался очень, боли много вытерпел. В общем, может и не оценит Михаил твой жест. — бросил напоследок собеседник. — Но тут я по себе сужу.
— Да уж… — вновь поморщился я. — Ну а с другой стороны, я и не «за спасибо» это делал, так что переживу. А во-вторых, ему жизнь устраивать дальнейшую или самолюбие тешить? Я, кстати, теперь вообще зарёкся больше в этих соревнованиях участвовать.
