Точка Бифуркации VII (СИ)

— Чтобы закончить начатое?

— Что? — изменился в лице граф, непроизвольно поворачивая голову в сторону сына.

Возникла неловкая пауза, во время которой Вяземский плотно сжав губы сглотнул ком образовавшийся в горле и пересилив своё раздражение, вновь продолжил спокойным голосом.

— К сожалению, события разворачиваются крайне быстро и я не успел выяснить все подробности происходящего. Но как бы там ни было, вынужден принести Вам извинения от лица всей нашей семьи. Мы готовы к конструктивному диалогу и хотели бы решить проблему без крови, надеясь на Вашу милость и великодушие.

Последние слова дались графу явно очень тяжело, хоть он и старался не показывать виду. Что же касалось меня самого, то несмотря на всю злобу к совершившему наезд на моего друга подонку и его последующие действия, просто так здесь всё разнести и забрать его жизнь я не мог — Евгений Константинович отчётливо дал понять, что род Вяземских является их важным союзником и беспредел в их доме, учиненный мной, будет воспринят им как оскорбление.

То бишь, я как бы в своём праве их наказать, но ответ должен быть более менее симметричным и предельно гуманным. Всё это было озвучено в виде настойчивой просьбы и сопровождалось объяснением сложной политической обстановки в нашей Империи и мире в целом. Но факт есть факт — князь Белорецкий человеку напротив благоволил и ожидал от меня трезвого и аккуратного подхода.

Пойти наперекор его просьбе, я, конечно, вполне мог. Но портить отношения с князем в ситуации, когда можно все решить и без этого, было глупо.

Тем более что у меня был расчёт уже на месте найти казус белли, и тогда князю придётся с произошедшим просто смириться. Но увы. Граф оказался довольно умён, сдержан и расчётлив, и никакого даже малейшего повода мне давать он не собирался.

— Я ценю Ваши извинения, Александр Николаевич. — развеяв пелену дыма в радиусе десяти метров вокруг себя и заглядывая собеседнику в глаза, начал я. — Но в слова не подкреплённые должным действием, отвык верить ещё с детства.

Возникшая пауза долго не продлилась.

— Вас можно понять, Алексей Михайлович. Поэтому помимо извинений, могу предложить три миллиона рублей в качестве морального ущерба и ещё миллион, чтобы покрыть расходы на лечение. — серьёзным тоном озвучил граф своё предложение.

— Боюсь, деньги меня мало волнуют, граф. Я больше недвижимостью интересуюсь. — заложил руки за спину и оглядываясь по сторонам произнёс я.