Точка Бифуркации XII

Наверняка он и сам прекрасно понимал, что сейчас не лучшее время для вспышек ярости и наказания виновных, но так легко и просто унять охватывающую его разум волну гнева, судя по виду, у аристократа не выходило.

— Говори, — процедил он, поджав губы. В голосе князя теперь звучала не просто злость — в нём был предупреждающий холод, предвещающий возможный взрыв.

— Вы бы хотели, чтобы я сделал это наедине, — настойчиво произнёс я, не отводя взгляда.

В глазах стоявшего напротив человека будто смешивались два явно одолевающих его чувства: раздражение от моей настойчивости и, возможно, тона речи, и осознание того, что в подобных ситуациях точно не стоит терять времени на споры.

— Я надеюсь, это того стоит, — заключил Белорецкий, одарив меня очередным многозначительным взглядом, и следом, посмотрев на одного из своих охранников, коротко кивнул.

Отвечать ему я ничего не стал. Просто первым вышел из помещения и направился в коридор в сторону крыла для персонала.

Позади под тяжёлыми шагами князя раздавался хруст льда — он следовал за мной, молча, не пытаясь догнать или заговорить. Его тяжёлое присутствие ощущалось за спиной, как раскалённое лезвие, готовое вонзиться в затылок в любой момент. Впрочем, на этот раз это однозначно были лишь игры моего воображения — если этот человек и захочет на меня когда-нибудь напасть, вряд ли он станет бить подло и сзади.

Оказавшись возле «мониторной», где не так давно мне показывали записи камер наблюдения, я без стука отворил дверь и вошёл внутрь.

В помещении стояли широкие столы, на которых были разложены технические устройства и расставлены экраны, мерцающие кадрами с разных участков поместья.

За столами сидели несколько бойцов, погружённых в анализ фрагментов видеозаписей. Они переговаривались короткими фразами, разглядывая экраны с напряжёнными лицами, а неподалёку скучали брошенные холодные чашки с недопитым кофе — никто так и не удосужился их убрать.

Дождавшись, пока князь вслед за мной окажется в дверном проёме, я оглядел лица бойцов и спокойным голосом произнёс:

— Парни, оставьте нас с Его Светлостью.

Бойцы удивлённо переглянулись с князем, но заметив его утвердительный кивок, поднялись со своих мест и направились к дверям. В комнате повисла тяжёлая тишина, сопровождаемая приглушённым шумом работающей аппаратуры.