Точка Бифуркации #3

— С-спасибо! — неуверенно послышалось из кабинки.

— Наконец-то. Сколько можно вас ждать? — надменным голосом спросил высокий парень, недовольно оглядывая приближающихся знакомцев.

— Не от нас зависит. — сдерживая раздражение, бросил в ответ один из двоих ребят, держа в руках коробку.

— Что он ответил? — коротко, едва заметно кивнув в знак формального приветствия, нетерпеливо произнёс Тенишев, сразу переходя к делу.

— Ничего. Передал вот это. — вручая коробку аристократам, бросил «курьер».

— И вы поверили? — с презрением оглядев стоявших перед собой, бросил Коломойцев.

— Он не из тех, кто врёт. — равнодушно бросил парень, абсолютно не реагируя на наезд.

— Это нам решать, из каких он! — недовольно огрызнулся Тенишев, оглядывая коробку. — Это ещё что?

— Написано «Извинения». — слегка поморщившись и с огромным трудом сдерживаясь, чтобы не улыбнуться, ответил курьер. Его напарник всё это время продолжал стоять молча.

— Я и без тебя вижу, что тут написано.

— Слушай, ты от нас чего хочешь? Мы твою записку и слова ему дословно передали. Письмо, как ты и просил, назад забрали, он заверил, что оно внутри. — указав пальцем на коробку, терпеливо стал объяснять посыльный. — Будь добр оплати вторую часть и на этом расходимся. Нам в ваши проблемы лезть неинтересно, наше дело маленькое и мы его выполнили.

— Ты видел, что в коробке?

— Тогда откуда знаешь, что там лежит письмо? Тебе сказано было его назад вернуть обязательно!

— Уверен. — не реагируя на агрессию собеседника, ответил парень.

— Если письма там не будет — пожалеешь. — вытаскивая из кармана пачку заготовленных купюр, бросил Коломойцев и передал простолюдину.

— Ага. — забирая деньги бросил посыльный и развернувшись направился прочь вместе с товарищем.

Переглянувшись, парни направились вместе с коробкой до ближайшего подоконника.

— Открывай говорю! — настойчиво бросил Артём Тенишев.

— Ладно. — махнул рукой его товарищ.

Аккуратно, ожидая подвоха, приподнимая крышку обувной коробки, оба парня застыли в недоумении. В следующую секунду лица ребят вмиг исказились гримасами отвращения.