Третий Генерал: Тома I-II

— Гнида ёб***ая! Я тебя сучару терпел х*й знает сколько, а ты в ответ решил подставить меня⁈ Яйца тебе оторву и заставлю сожрать! Тебе…

А я молча наблюдал за разворачивающейся сценой и тем как Кирилл обещает бедняге всяческие кары. Заодно развеял заклинание самоуничтожения. Да, на этого Бульбу тоже повесили соответствующую печать. При этом если на тех двух убийцах, что несколько дней назад пытались убить меня, печать была поставлена… аккуратно, если можно так выразиться, то в случае контрабандиста она была словно нанесена поспешно и чуть-чуть криво.

Ничего, печати уже нет, Бульба сможет рассказать нам всё что знает. Судя по затравленному взгляду его даже пытать не придётся, вот-вот начнёт болтать без умолку. Мне надо лишь подкинуть немного дровишек в костёр…

— Босс, этот придурок сказал кое-что, прежде чем мне пришлось разобраться с гончими и его дружками, — говорю Вермайну. — Из его слов стало ясно, что люди, на которых он работает, ответственны не только за то нападение монстров на поместье князя.

О, всё, Вермайн явно едва сдерживает свою злость. Мои слова завели его не на шутку и можно назвать чудом то, что он тут же не прикончил контрабандиста. Кирилл всё же может держать себя в руках, не зря является главой целой бандитской группировки.

Бульба же сжался и с ужасом в глазах смотрел на Вермайна. Полагаю он прекрасно знает, что с ним теперь сделают.

— Я всё скажу! — Залепетал контрабандист. — Расскажу всё, что знаю!

Вот это разговор! Подходу поближе и обращаюсь в слух.

— Это всё румыны! Они собрали людей, дали им всё необходимое и сказали лошкам устроить «Бандитскому кругу» как можно больше неприятностей! А ещё им нужен был какой-то пацан, которого они пытались достать в поместье князя! Потом вроде ещё сделали попытку, но и тогда облажались.

Мы с Кириллом с удивлением уставились друг на друга.

— Ты чего с румынами не поделил, что они решили уничтожить твою группировку? — Спрашиваю у Вермайна.

— А ты им чем насолил, что они тебя грохнуть хотят и не бояться даже князя? — Вопрос на вопрос ответил тот.

Воцарилось молчание, мы снова уставились на пленного и почти одновременно почесали свои головы.