Третий Генерал: Тома I-II

Ирина, возвращайся в подвал. Всем остальным занять свои позиции и приготовиться!

Командный голос срабатывает на ура и несмотря на новости все действуют так, как я им и сказал. Девушка тут же ринулась в сторону подвала, а бандиты и Блиц начал прятаться за различными укрытиями. В руках у них было различное автоматическое оружие, запасные магазины и цинки с патронами были под руками. А ведь это всё малая часть от того, что находится в подвале! Мы могли бы вооружить небольшую армию, жаль только у нас её нет в наличии.

Суров, но справедлив

Крики ужаса и мучительной смерти, рычание огромного количества тварей, грохот и скрежет металла, а также плач, в том числе и детский. Мы уже несколько минут были вынуждены слушать эту жуткую какофонию звуков, что пробирала до самой глубины души.

Какой-нибудь маньяк, наверное, назвал бы этот ужас «великолепием». А вот для нас, сидящих в засаде, это было настоящим испытанием на прочность.

И проходило его большинство из нас очень плохо. Вроде как бывалые бандиты, которые уже убивали и спокойно перешагивали через трупы, уже были на грани. Блица и вовсе пришлось почти сразу отправить к девушкам так как он закрыл уши и начал качаться вперёд-назад, говоря снова и снова «Пускай это прекратиться!». Парнишка оказался совсем на грани, что лишний раз подтверждаем мои прошлые выводы о том, что среди бандитов ему делать нечего.

А я сидел и раз за разом проводин указательным пальцем по лезвию одного из ножей нанося на него магическую заточку. Весь мой вид говорил о том, что меня нисколько не беспокоит происходящий на улице ужас. К сожалению или счастью, но отпечаток прожитых веков оставил на моей душе след, который навсегда изменил меня.

Когда-то в прошлой жизни я был юнцом, которому было ещё далеко до становления один из великих Генералов. У меня была семья: родители и старый ворчун дед.

Жили мы достаточно бедно, но кто из простых людей жил лучше в той стране? Мы хотя бы не знавали, что такое голод и это считалось за счастье. Что тут скажешь — у людей в ту эпоху были крайне низкие стандарты для таких понятий как «счастье» и «хорошая жизнь».

А затем пришла война. Военные конфликты между государствами случались регулярно, так венценосные особы решали почти все вопросы между собой.