Третий Генерал: Том V

Вот серьёзно, это я что ли стараюсь влипать во все эти проблемы и истории? Да я зачастую разгребаю чужое дерьмо! Вот блин, уже даже сил злиться нет на это всё. Однако всё равно очень обидно.

— Максим, говорю от всей души, иди на хер, — говорю я, не скрывая злости. — Достали вы меня все. В следующий раз, когда у вас происходить какая-нибудь масштабная херня и будут гибнуть люди, то я вас всех дружно шлю куда подальше и спасаю лишь себя.

А затем развернулся и пошёл обратно к машине. Лена была удивлена, но почти сразу же догнала меня и пошла рядом.

— Никита! Ну Никита, подожди! Я же не со зла и…

Он попытался нагнать нас, но я резко разворачиваюсь и отправляю его в полёт с помощью магии. Максим пролетает несколько метров и влетает в стену. Разумеется, сразу же гвардейцы и охранники поблизости напрягаются и хватаются за оружие. Вот зря они это делают, у меня очень паршивое настроение. Поэтому распространяю свою ауру на всю площадь участка перед поместьем и давлю чистой силой.

Держу их так секунд пять, а затем прекращая всё это. И тут же появляется князь, который выходит из главного входа. Вовремя, ничего не скажешь.

— Что тут происходит? — Спросил Волконский.

— Ничего, — отвечаю ему. — Просто меня достало выслушивать какие-то надуманные претензии в свой адрес. Извините, но встреча не состоится. Я больше в Крыму оставаться не хочу.

И в общем мы с Леной сели в машину и Керов тут же выехал с территории поместья, увозя нас куда подальше от этого места.

— А ты не переборщил? — Спросила Лена. — Понимаю, что тебя, видимо, достали такие диалоги, но…

— Вот именно — достали, — говорю я. — И всем пора с ними уже заканчивать раз и навсегда. Ибо теперь я всегда буду реагировать так на подобное. Всем пора привыкать к тому, что со мной надо общаться вежливо и хорошо подумав над своими словами. Ибо когда я стану дворянином, то начну за подобное как минмиум калечить.

"Сорвался я, ага. Но в моих словах была очень большая доля истины. Людям действительно пора привыкать, что вот такие шуточки могут себе позволить лишь близкие мне люди. Пускай я всё ещё остаюсь условным простолюдином, однако мой реальный статус уже равен дворянам. А после того, как договорюсь с Советом и Рюриковичами о сделке по исследованиям моего рода, уже князья будут должны уважительно говорить со мной.