Не знаю, что там решил на твой ректор, однако смело заявляю — тут ты точно больше не работаешь. Вообще не желаю больше видеть тебя здесь. В следующий раз подумай кого и о чём ты просишь. Другие люди могут быть менее милосердны чем я.
Встаю снова в полный рост и замечаю, что мы навели немного шороха. Очень уж хорошо преподаватель врезался в стену, нашумел. Вот и выглянули в коридор другие студенты. Причём вон, кто-то со стороны лестницы выглядывает, поднялись аж с другого этажа. В коридоре была и Алмицэцэг.
Мы с ней типа соседи, хотя наши «квартирки» и не расположены вплотную. Но нас живущих на этом этаже не так уж много. Надо будет со всеми толком познакомиться, подружиться. Потом. Сейчас другие дела.
— Никита, всё в порядке? — Спросила Алимцэцэг.
— В полном, — отвечаю ей. — Павел Романович выходил из моего жилья и случайно упал. Сейчас он встанет, после чего покинет не только наше общежитие, но и территорию Академии. Он ведь больше не работает в этом учебном заведении, а значит ему тут нечего делать.
Ведь так, Павел Романович?
Тот посмотрел на меня с смесью обиды, злости и безысходности. А после молча встал и пошёл на выход. Потенциально я завёл себе ещё одного недруга, но вряд ли бывший преподаватель представляет для меня какую-то угрозу как сейчас. Так и в будущем. Вероятно, это наша с ним последняя встреча и более мы никогда не пересечёмся по жизни. Ну разве что разочек и совершенно случайно. Потому о Павле Романовиче можно забыть.
Студенты начали расходиться, а вот Алимцэцэг осталась и даже подошла ко мне
— Никита, ты определённо умеешь заводить друзей, — с лёгкой улыбкой сказала монголка.
— Есть у меня такой талант, — я тоже улыбнулся. — Однако всё же сарказм, пускай и лёгкий, не совсем уместен. Пожалуй, именно сегодня мои действия привели к тому, что наши с тобой одногруппники стали относиться ко мне гораздо лучше.
— Сложно отрицать это. Ты очень уверенно действовал пока остальные максимум с испугом пытались отойти подальше от Алексея.
Студентам такое поведение простительно, мы слишком молоды и у нас нет никакого боевого опыта. И в опасных ситуациях не бывали. Я сама безмолвно наблюдала за всем пока преподаватель не крикнул, чтобы мы уходили. А для тебя всё это словно было обыденностью.
— Я до сих пор остаюсь одним из охотником с действующей лицензией, — пожимаю плечами. — За два месяца мне и моей команде довелось повидать немало опасных зверушек. Плюс тот прорыв орды в Крыму.
