Я осмелела в своих ласках.
- Постараюсь минимизировать твою боль, - Маркус провел ладонью по моим спутавшимся и влажным волосам.
Наши губы вновь сплелись в поцелуе. Я жалобно застонала, когда ощутила плавное, но уверенное проникновение. Стало неприятно.
- Не сжимайся, - прошептал Маркус, целуя меня в висок. – Ты и так слишком узкая.
Я впилась ногтями в широкую крепкую спину и сдавленно застонала от боли, когда член продолжил всё глубже и глубже проникать в меня. Резкий толчок вырвал из меня крик.
В уголках глаз защипало, и я сильней впилась в смуглую кожу Маркуса. Он зашипел и на несколько секунд замер.
- Мне больно, - я всхлипнула.
- Ты умница, Лу, - Маркус поцеловал солёные от слёз щеки, начиная медленно двигаться во мне.
Боль не слабла, но осознание того, что я больше никогда не буду той прежней напуганной девчонкой-Лу, помогало терпеть. Маркус старался двигаться аккуратно. Кожа к коже. Одно дыхание на двоих. Мы стали единым-целым на всех уровнях. Моя боль была природной, но это не мешало моему телу отыскать нужный ритм, чтобы подстроиться под движения Маркуса.
Симфония нашей близости будоражила.
Маркус прижал свою горячую ладонь к моей пояснице и уткнулся носом мне в шею. Толчки становились всё резче и глубже, распространяя давящую боль по всему моему телу. Сдавленный рык, отдаленно напоминающий раскат летнего грома опалил мою кожу. Маркус замер и вжался всем телом в мое."
"- Мне тебя мало, Лу, - прошептал он. – Я никуда тебя не отпущу.
Никуда.
- И не надо, - я обняла Маркуса за шею.
Глава 17.
Семь месяцев спустя…
Когда я впервые увидела Маркуса в яблоневой роще, то и помыслить не могла о том, насколько он изменит мою жизнь. Я его боялась. В моих глазах он был настоящим Чудовищем, что жаждало моей смерти. Существовала сотня причин, чтобы его ненавидеть, но сложный узор жизни неожиданно крепко связал нас вместе.
У Маркуса тоже было много причин ненавидеть меня, мою семью. Он хотел отмщения, хотел ослабить свою душевную боль, что принесла с собой утрата младшей сестры.
Думаю, когда Маркус увидел меня, он тоже не думал о том, как в будущем мы повлияем на жизни друг друга.
Даже когда мы ехали в часовню, чтобы обвенчаться я не подозревала о том чуде, что случится с нами. Потому что тогда оно мне казалось невозможным, неправильным и нелогичным. Наш брак, который смело можно было назвать фиктивным, круто ушел в сторону подлинного. Мы ждали ребенка.
Вот так.
