Увернувшись от собственного копья, которое Малькольм выбрасывает с разворота, снова лезу на противника и тяну звенья!!
Всё быстрее и быстрее! Три! Пять! Десять! Малькольм резко бросает копьё! И хватает меня уже ловко прямо за руку!!
— Попался червяк! — Смеётся победно, сжимая так, что глаза из орбит лезут, а кости трещат.
Второй ещё перехватил прямо за шею сзади, выставив перед собой, словно куклу поиграться.
Примерно так себя и чувствую. Но! Соприкосновение с кожей есть.
И я продолжаю тянуть звенья из упыря и утолщать эту самую шею. Можно вырваться с порталом, но пока я пользуюсь случаем, лишая противника нано — брони по чуть — чуть. Твою дивизию, трещит по швам каркас, гнётся золото даже в плотном чёрном состоянии.
Копьё Гелака призываю! И резко облачаюсь в броню, прерывая контакт и давая некоторое облегчение телу от десяти долбаных атмосфер давления. От излишней и непривычной теперь массы, самому не по себе. А Малькольму хоть бы что, на весу держит и сдавливает вместе с бронёй.
Ещё пасть раскрыл с острыми зубами радостно.
Но тут же закрыл и посмотрел вниз с интересом! После неожиданного звона и писклявого боевого клича! А там Лиен прямо по ноге ударила мечом в низкой стойке со стремительного рывка.
— Что ты делаешь, дура?! — Кричу на неё я, готовый был уже турбину врубить этому уроду прямо в лицо. Но из — за златовласти уже никак! Подпалю и дурочку.
Ещё два удара она делает, и Малькольм хватает её меч, резко опустившись! А дурёха упала на спину и не хочет его отпускать.
— Какая маленькая, — пробасил Малькольм с удивлением. — Но такая смелая. Или умалишённая смертная?
— Нет! Смелая! — Заявляет фелиска. — А ну отдай! И Криса отпусти, пока цел!
— Как скажешь, маленькая фелиска, — выдаёт с усмешкой Малькольм и, послушно отпустив меч Лиен, перешагивает её и идёт дальше со мной.
А то я уже готов был замедлиться из последних сил! Высший девочку пожалел?! Он ведь мог её просто раздавить…
Три шага со мной прошёл к скале зачем — то потащив.
Турбину врубаю прямо в рожу! Морду здоровую обдаёт, как от лёгкого ветерка, но ресниц и бровей, как ни бывало, всё точками красными до кожи затлело! Белые кудри тоже оплавились.
Высший руку вытянул и меня тут же в землю вбил! Но дёрнулся назад резко, не успев коленом прижать, как, вероятно, задумал.
