Рыцари Галактиона стоят стеной до конца. Фелисы дерутся в лесу, как сущие дьяволы, потому что это их стихия. Обрушиваются с деревьев и замаскированных ям. Суккубы же рвутся в бой без всяких ухищрений на превосходящее число идут в атаку. Шейла, похоже, решила наверстать упущенное. Пропустила два боя и теперь бросает всю мощь на надвигающуюся орду прямо по ещё не остывшему пепелищу.
Ударная тирская конница врезается в ряды нечисти, сбивая вражескую спесь и переламывая ход битвы на направлениях, пусть и ничтожных."
"Я могу приблизить ещё.
Зум позволяет даже увидеть лица. Но мне и так понятно положение. Деревьев сгорело уже достаточно. Но не вампиров. Несмотря на героизм и смелость воинов Свет, орда Вейзевула давит, широким фронтом постепенно замыкая кольцо окружения.
Посмотрев на это сверху, я надеялся, что испытаю волнение, ту самую ярость, моя душа реанимируется и снова воспарит той грандиозной идеей победы над нечистью.
Но нет.
Мне жаль всех тех, кого я знал. И кого подбил на сопротивление. Но это больше не мой мир.
Это…
Всего лишь заповедник номер четыре.
Откидываюсь на спинку мягкого кресла. Закрываю глаза.
Всё бессмысленно. Всё пустое. Апатия паутиной окутывает моё тело. И я больше ничего не хочу.
Загораются дисплеи по стенам, сквозь веки ощущаю от них всякий свет. Настораживает красный, необычный. Он и пробуждает. Открываю глаза. На станции камеры везде. И даже там, где у нас зона «постгенного банка» Земли. В простонародье — тела людей, которые когда — то рассчитывали пробудить ещё в первую попытку колонизации, наделив их сознаниями с сервера.
Сто пятьдесят тысяч самых здоровых и генетически разнообразных тел. Но часть их уже испорчена. Это показывают датчики. И этот экран, транслирующий один из вскрытых местными упырями секторов.
Из пяти тысяч капсул сектора обнажена треть, жизнеобеспечение работает плохо, ибо часть энергии вампиры перенаправили на свои нужды вручную, не имея доступа к рубке и резервным ресурсам. И теперь я вижу, как из тел во вскрытых капсулах они качают кровь, поддерживая их минимальные функции.
Используют, как скот или хранилище крови.
Больше одного сектора им раскурочить не удалось. Видимо, закончились подручные средства. И силы.
Глядя, как из тела постаревшей вроде как спящей женщины выходят кровавые трубки, наполняющие бытовые, грязные резервуары кровью, я не смог сдержать эмоций.
Внезапный ужас накрыл меня до мурашек. Там, внизу, я мог стерпеть кровь, кишки, мясо, всё что угодно. Но не здесь.
