В теле пацана. Книга 2. Взрослые игры

— Хорошо искала?

— Да, всё излазила. Похоже, кто — то взял.

— Дорогие серьги?

— Очень, целое состояние, если родители узнают, маму хватит удар. И не удивляйтесь. Я из бедного сословия, на учёбу всей деревней собирали, чтобы мне лучшей жизни шанс дать. И теперь я не знаю, что делать. Она грозит меня выкинуть из Университета.

— Ясно, но это всё решаемо, — улыбаюсь.

— Господин Кристиан, я натворила, мне и разбираться.

— Бывают же добрые люди.

— Отец покойный научил, ничего не бывает бесплатно, — выдала с грустью.

Неловкое молчание.

— Что у вас по распорядку сейчас? — Меняю тему.

— Полуденный перерыв, — отвечает Сабрина и расслабляется.

— И долго? — Уточняю, рассматривая её грустное личико.

— До пятнадцати часов.

— Ничего себе, как долго. Обед?

— Да.

— А ты почему не пошла?

— Столовая скоро откроется, — отвечает и сама интересуется: — А вы где трапезничаете?

— Какие варианты? — Смеюсь, вспоминая, сколько сюда пилил.

— Кто в гостином корпусе живёт, тот здесь. А местные в свои поместья разъезжаются, — отвечает, кивая на окно.

Отодвигаю ветку. Действительно, через ворота кареты покатили на выезд.

— Мне предложили здесь комнату, то есть и на довольствие могут поставить?

— Да, будете в зале преподавателей трапезничать.

— А с учениками поесть можно? — Спрашиваю с иронией.

Рыжая по мне взглядом скользит. Вижу, что стесняется.

— За ученика вполне сойдёте, господин, — отвечает с улыбкой и спохватывается. — Ой, простите.

— Спасибо за комплимент, малышка. Пойдём, покажешь столовку вашу, заодно поедим.

— Я не малышка, — пробубнила, а сама улыбается.

— Хорошая малышка, — смеюсь и руку подаю. — Двинули.

Сабрина ухватила руку, засияла, слёз, как и не бывало.

Конечно, за руку до столовки мы не шли. Стоило выйти в холл, девочка сгорбилась, превратившись в мышь. И уже под пристальными взглядами шныряющих изредка учеников, видимо, направленных больше на меня, рванула быстрым шагом, делая вид, что мы совсем незнакомы.

Столовка в корпусе, что смотрит в сторону зеркальной скалы, на втором этаже.

Зал огромный и светлый за счёт больших окон, света отражаемого зеркальными породами и светолитами на люстрах, направленными вниз, распределяющими свет равномерно. Столы по секторам разные, все в белоснежных скатертях. Есть и длинные, персон на двенадцать, есть и квадратные на два — четыре человека.

Учеников по столам ещё немного, уже сидят из подносов кушают. Нет, ну восхитительно! Всё, как везде. И лента с раздачей еды, и касса.