В теле пацана. Книга 2. Взрослые игры

При этом животик в гармошку не складывается, будто она его специально втянула!

От вида такого разврата можно дунуть на головку, и разорвёт мой член к чертям. Я всегда на такие позы в прошлой жизни наяривал... А тут всё наяву, так близко. И только для меня. С ума сойти, что ты делаешь, бесстыжая целочка."

"Маленькая развратница поворачивает голову, щекой к покрывалу прислоняясь.

— А эта нравится? — Произносит сладко.

Молчу, ибо знаю, после ответа зрелище закончится. И не факт, что будет новое. Ведь куда уж интереснее?!

Ждёт секунд пять.

Ладошку к киске ведёт! И у меня дыхание перехватывает. Указательный пальчик на одну половую губу, средний на вторую. Разводит нежные дольки, раскрывая крохотное розовое лоно, где даже отверстия ни малейшего не зияет. Всё так плотно! Вторые половые губы — крохотные, едва различимые, обнажившиеся полости внутренние поблёскивают от выделившейся смазки.

Да эта развратница и сама возбуждена!

— А так нравится? — Спрашивает уже с некой обидой или претензией.

— Идеальная пися, — не могу сдержаться.

Держит ещё секунды две своё сокровище распахнутым, наблюдая, как слюни пускаю. Убирает руку, закрывая её обратно. Опускает попу, переворачивается и усаживается на кровати. Смотрит на меня хоть и победно, но сама красная, как варёный рак!

— Теперь ты будешь просто смотреть, Кристиан, — заявляет хищно!

Чего?! Вот же зараза придумала.

— Ты серьёзно?!

— Именно, — скалится.

Какое — то время сверлю её взглядом. А она смотрит победно. Но хрен ты угадала!

— Как скажешь, милочка, — хмыкаю, поднимаюсь и спускаю штаны с трусами до колен, вываливая вставший член, на головке которого уже белая росинка смазки выделилась.

Дёргаю быстро, и он наливается сталью ещё сильнее, вырастая больше. Нелли с раскрытым ртом смотрит на это чудо. О, да крошка. Мой член значительно подрос за два года. Демонстрирую ей его. Рубаху задрал, чтобы ещё пресс узрела. Попой влево — вправо виляю, членом качая, словно хвостом собака. Затем спиной поворачиваюсь и ещё задом поступательные движения основного полового процесса демонстрирую, сжимая булки прокаченные.

Поворачиваюсь, лицезря, как девочка впилась в меня диковатыми глазищами с раскрытым ротиком. Натягиваю штаны назад, застёгиваю ремень и говорю победно:

— Теперь ты будешь просто смотреть, Нелли.

После этих слов во взгляде «тигрицы» какие — то даже претензии. Но мне плевать, иду к накрытому ужину, закусываю бифштекс, запиваю чаем и с набитым ртом ей напоследок объявляю:

— Ах да, на ночь меня не жди.