— Ещё топоры и кирки умыкнули.
— Отлично, — киваю и дальше, затаив дыхание: — Выковали, что просил? Кузнец не брыкался?
— Вроде да, как ты чертил. Но пришлось сломать ему нос, чтобы принялся за работу… — замялась Лихетта.
— Показывайте, — командую с холодеющей грудью. Твою мать, надо было лучше объяснить. Ибо это важно!!
Дениз мне одно изделие из мешка подаёт. Смотрю на кольцо, выкованное из подковы. С одной стороны всё в пупырышку и с дырками. Млять! Переворачиваю, затаив дыхание. Фух, сойдёт. Главное, чтобы контур хотя бы немного подержался.
После драки с великаном — оборотнем появились у меня мыслишки кое — какие.
— Нормально, — хмыкаю недовольно всё же.
Лихетта выдыхает с облегчением.
— Сколько сделал? — Уточняю сварливо.
— Под сотню.
— Отлично!! — Хлопаю в ладоши. Лихетта в ответ только серьёзно кивает.
Посмотреть бы остальные кольца, ибо каждое на вес золота. Но это позже! Только хочу уже двинуть по очень важным делам.
Из кустов выходит Зейнеп, вид обеспокоенный:
— Крис, это… там могилки женщин тех раскопаны, похоже, оборотней не всех мы прикончили.
— Если сами не лезут, чёрт с ними, — отмахиваюсь. Не до этих.
Поднимаюсь! Воительницы смотрят вопросительно. Некоторые всё же чересчур встревоженные и напряжённые вдруг стали.
— Девочки, ну вы чего? — Развожу руками. — Самое страшное уже позади.
— Ага, — хмыкает Лихетта, выдавая скептический настрой.
Мотаю головой с укором. Нет, такой настрой нам не нужен!
Вдыхаю звучно носом, демонстративно расправляя грудь и взирая в сторону холма, под которым логово.
"
"— Только вдумайтесь, мои лапоньки, — начинаю торжественно. — В ста метрах от нас в домике сидят полторы сотни опаснейших монстров Вита с учётом одержимых лошадей все триста. И нихуя не могут сделать на данный момент. Гнались за нами сезонами напролёт по горам через снега и лёд, по лесам через буреломы и крапиву, по болотам и дерьму. Рыли норы, по помойкам прятались. Побирались, бутылки сдавали. Ха! Как они неистово и яростно мчали ещё ночью, старательно выравнивая лесополосу, слюни разбрызгивали.
А теперь сидят, млять… дурачьё.
Три суккубки прыснули и рассмеялись, другие подхватили и заржали нервно. Одна только Лихетта смотрит серьёзно и вопросительно.
— Мне даже интересно, пошли глянем, — говорю ей.
— Крис, может, не стоит?
— Пошли, пошли, — беру её под руку и остальным через плечо: — Так, сёстры, десять минут готовности, доесть, в кустики сходить. В кустиках по парам. Одна делает дела, вторая охраняет.
