Без команды она жмёт ещё и выпускает всю обойму. Грожу пальчиком, что огнестрел — не игрушка. И заряжаю тот же магазин, попутно рассказывая, что такое патроны, и каков принцип действия.
Вижу, что Ольви пытается понять, но озадаченный вид говорит о том, что нихрена она не понимает. Но живенько стонет, чтобы дал ей самой пострелять без поддержки. Да пожалуйста! Одной стрелять уже не так легко. Дурёха начинает визжать, а вскоре раздаются холостые щелчки.
— Очень быстро летит, но мало дротиков, то есть пуль, — комментирует.
— Получается, автомат пробьёт и доспех?
— Ага.
— А далеко пули летят?
— Мье триста силу не теряют, а так и до одного комье добьёт, — отвечаю, как сам помню.
— Ох, Красный Дракон, не думала, что есть нечто сильнее магии.
— Высшие тоже не думают, — посмеиваюсь."
"— А можно ещё пострелять? Крииис.
— Да, только надо патронов ещё родить, — говорю и являю цинк!
Пока заряжаю, думаю, что всё же не стоило её посвящать в такие умения. Но, с другой стороны, кому — то же должен доверить свою спину! Магичку выбрал практически с самого начала.
И она не подвела.
С отдачей Ольви справлялась тяжело, но это не помешало ей попадать и не отбило желание чувствовать новую силу.
Примерно к двум ночи мы возвращаемся обратно в её обитель. Ещё недавно пылающие от новой силы голубые глаза магички тускнеют, грусть на лице проскакивает, быстро сменяясь фирменным безразличием.
Смотрю на неё с улыбкой в ответ, глаз не свожу. Давай просто побудем вместе, отпустим себя и возьмём от жизни всё.
Душа моя поёт именно об этом.
Но тут мне прилетает то, что всегда бесило.
— Крис, спасибо за дивный дар неведомых ранее ощущений. Но уже поздно. И нам пора прощаться. Поспеши к Нелли, которая тебя заждалась. Я же прибуду завтра к закату, как раз есть время, откалибровать контакты на втором наруче, — проговорила спокойно, выдворяя меня слишком уж легко.
Но я не хочу уходить.
— А как у тебя с мужем дела? — Спрашиваю, разваливаясь ещё больше на стуле. И давая понять, что меня теперь хрен выкуришь отсюда.
— Сейчас не до него, — бурчит, уводя взгляд.
— А с архитектором Гилингом?
Секунд двадцать Ольви молчит, насупившись, а затем признаётся:
— Он написал мне письмо, о котором из — за нашего похода я узнала совсем недавно.
— О, отличная новость, — хлопаю в ладоши с наигранной радостью.
— Он признался мне в любви, и пригласил в театр на представление, назначив встречу.
— Замечательно, и как сходили? — Спросил несколько язвительно.
